Бегут по небу облака…
БЕЛЫЙ ДЫМ
О, как
О, как ты нравишься мне, милая, Но где-то в глубине зрачков
Вдруг промелькнет улыбка стылая, И вся — любовь!
Ну как мне недоверье выманить
Из холодеющих глубин,
Когда и цезарям не вымолить
Любви рабынь.
Но как чисты и как стремительны
Весны пришедшей паруса.
Раскрыты губы повелительно, И закрываются глаза.
О, как ты нравишься мне, милая, Но все же в глубине зрачков
Нет-нет мелькнет улыбка стылая — Трудна любовь.
Трудна любовь,, и дико мне
Услышать вновь: «Иди ко мне!»
О, как ты нравишься мне, милая…
Просто
Глупый, не думай, что я — недотрога, Всю — изломай, изруби.
Просто мне нужно хотя бы немного
Нежности или любви.
Милый, не гневайся, я — не блудница, Не опьяняясь — не пью,
Просто боюсь — не успею напиться, Ссохнусь, подобно репью.
Сбрось поскорее желаний коросту
Все упростить — огрубить,
Просто пойми, до чего мне непросто, Ой, как непросто любить.
Завтра ты первый осудишь с порога
И что блудница, и что недотрога.
Отелло
Ночь опустилась милостиво к нам
Из звездных немигающих скоплений.
Луна исчезла в зеркале окна, Нам пожелав приятных сновидений.
Ты улыбнулась, глядя на окно, И тихо уплыла в свою нирвану, А я не сплю, и бьется непрестанно
Одной и той же мысли метроном.
Мы каждой ночью вместе видим сны
Но я — твои, а ты … а ты — чужие, И сколько мы с той памятной весны
С тобою вместе в разных снах прожили?
Куда, в какие дебри заведет
Разбуженное эхо подсознанья, Кто там тебя полюбит, кто поймет
И кто твои дослушает признанья?
Но вижу я по яблокам глазным
И по движенью губ разгоряченных, Что ты опять ушла в чужие сны…
Молилась ли ты на ночь, Дездемона?
И, разрыдавшись над твоей могилой, Я … просыпаюсь: «С добрым утром, милый».
Птица
Ты проверял, а я все мерила, Мы так боялись ошибиться,
Как птица каждый раз боится
Попасть под лопасти пропеллера.
Но где-то мы перемудрили
С перепроверками-примерками, Что не любили — позабыли,
А что любили — исковеркали.
И, все пытаясь из кусочков
Составить истину простую,
Мы не заметили, как точка
Вдруг превратилась в запятую.
И, расходясь, мы чувств не сверили, А просто выпустили птицу,
Пускай летит и не боится:
На реактивных нет пропеллера.
Океан
Нет, я — не моряк — сухопутный, Я просто немножечко пьян,
И чудится мне поминутно,
Что завтра опять в океан.
Соленые синие волны
Окатят и смоют с меня
Мучительную монотонность
И накипь ушедшего дня.
А в сердце, что билось и ныло, Сойдет тишина, тишина,
Зачем ты так жадно любило, Что все исчерпалось до дна?
И я собираю опивки —
Последний, неполный, стакан — Сегодня я здесь на побывке, Мне завтра опять в океан.
Пакет
Не заплакала, только махнула, Безнадежно махнула рукой,
Усмехнулась — и сразу пахнуло
Одинокой вечерней тоской.
Не поверила, просто смирилась
С ненавистной манерой игры, Ушбнулась — и боль прекратилась, Превратилась в святые дары.
Не любя, а скорее привычно
Прикоснулась губами к щеке, Ну, лети, ну, иди, горемычный, Доставляй свой сверхсрочный пакет.
Убежал — и опала бравада,
Значит, все, наступает некроз, Значит, все, значит, больше не надо
Ни улыбок, ни смеха, ни слез.
И не ты — это время махнуло, Безнадежно махнуло рукой,
Отшумело и тихо вздохнуло
Одинокой вечерней тоской.
Отторжение
Не золоти, не приукрашивай, Не жалостливой — доброй будь, алей поленья непогасшие
И уходи — счастливый путь.
Меняя шалаши на теремы,
Мы где-то утеряли нить,
Ужасно жаль, что все потеряно, Ни досказать, ни объяснить.
И ни к чему тянуть-затягивать, Забуду я в конце концов
И каждый раз не буду вздрагивать, Узнав в толпе твое лицо.
Тебя мне больно видеть любящей, Не тает в горле мерзлый ком, Но прошлое в далеком будущем
Затянет горестным дымком.
Но, если сердце вдруг закашляет
И заболит, заноет грудь,
Возьми мое — и пересаживай, Не подойдет — не обессудь.
Белый дым
Белый дым над белым садом стелется, Серебрится талая вода,
Ты ушел, а мне никак не верится, Что не возвратишься никогда.
Мне не жаль, что поседеют волосы, И не жаль невыплаканных слез, Ты ушел, так почему же молодость, Уходя, с собою не унес?
Белый след теряется в неведомой
И недостижимой высоте,
Ты ушел, а я осталась преданной
Нашей оборвавшейся мечте.
Белый дым над белым садом стелется, Серебрится талая вода,
Ты ушел, а мне никак не верится, Что не возвратишься никогда.
ГОМО-САПИЕНС
Пейте пиво!
Мир от вражды давно устал — Нужна разрядка.
И у тебя казна пуста,
И мне несладко.
Разрядка, но не как зарядка, Не как стипльчез, не как сюрпляс, Как модус мира и порядка,
Но мир — сейчас.
Тут, правда, есть альтернатива.
Под атомным грибком пить пиво.
Пейте пиво!
Суп и жемчуг
Одни страдают — жемчуг мелок, Другим забота — суп не густ, Вы трезво взвесьте это дело
И соразмерьте силу чувств.
От голода сегодня умирают, Не от того, что плох ассортимент, Сегодня убивают и пытают
Не на экранах старых кинолент.
И если жизнь берет не те аккорды, Еще не повод будоражить мир
Объятых страхом улиц и квартир, Побивший все насилия рекорды.
Болит, конечно, то, что близко, Чем дальше в лес, тем больше визга.
Права
Когда повторяют все те же слова, Бессилен всезнающий лекарь, Ну дайте, ну дайте, ну дайте права, Ну дайте права человеку!
Права не дают, права берут, И право на отдых, и право на труд.
