- К экзамену готовишься? - Неслышно подошла и встала у изголовья та, кого Алла меньше всего хотела видеть. Она поднялась и протерла глаза.
- Ты мне снишься? Или я все же напилась?..
- Пожалуй, я присяду. Дверь была открыта, стучать я не стала, мне показалось, что ты спишь. Хотела сделать сюрприз.
- Инка, ты?! - Алла окончательно пришла в себя. Призраки не являются в мокрых плащах и шмотках с фирменными лейблами. Наметанный глаз Аллы заметил ярлычок на уголке черной косынки, повязанной на шее гостьи. - Вот это да! Стоит выпить.
- Потом. Я на пару минут. Недавно приехала, много дел.
- Ты же никогда здесь не была. Как ты меня нашла?
- Это просто. Я ведь по делу. Мне, собственно, нужен твой муж. Он появится с минуты на минуту.
- Полина... Что происходит? - запуталась в предположениях Алла.
- Сама знаешь. Не любишь ведь комаров и слепней. Сядут, вопьются и вытягивают из тебя соки... Кровососущие. Вы все - ещё хуже. Обезумели от жадности, от соблазна легкой наживы. А на ком наживаетесь, Алла?
- Вот уж лекция не по делу! Сама точно такая же, и твой Глеб - ничуть не лучше. Уж не знаю, ты ли одна денежки "Оникса" хапнула, или на пару с Сарычевым. Но сработали чисто, и ещё папашу невинного угробили, - перешла в наступление Алла.
- Я, конечно, сволочь: закрывала глаза на правду. Уж очень соблазнительна роскошь. Человек должен жить достойно. А достойный человек комфортабельно. Мы с тобой этой философией от реальности загораживались.
- Какой реальности? Только не говори о бомжах, беспризорных, нищих старухах, калеках... Не мы теорию коммунизма писали и в Политбюро заседали. Мы пользовались ситуацией. А если грабили, то награбленное.
- Не стоит об этом. Я никого не грабила, мой отец тоже. Ты даже не попыталась помочь мне, я чудом осталась жива. И лишь чуду было угодно вложить в мои руки меч правосудия. Так говорили в старых пьесах... Эх, Алла, я вернулась не для того, чтобы исправлять исторические ошибки. Могу лишь дать маленький урок на тему попранной справедливости... Ага! Как раз Геннадий Степанович подъехал. Сейчас он нам расскажет о своих делах и трудовых планах.
В комнате, стягивая на ходу кожаную куртку, появился коренастый человек с крупным простым лицом без растительности. Светлые брови и ресницы, сливались с кирпичной кожей, редкие волосы на темени едва прикрывали плешь. Он что-то хотел сказать, но, увидев гостью, осекся, сник, и прямо обратился к Полине:
- Ну что, что я мог сделать? Винтик, шестерка, лицо подчиненное... Геннадием меня зовут.
- Полина. Пришлось все же познаомиться... Темнить нечего. Я знаю про вас значительно больше, чем Алла. Вы имеете доступ к финансовой стороне Комитета. Именно к вам перешли деньги "Оникса", в похищении которых обвинили меня и моего отца. Сейчас вы напишете заявление в госпрокуратуру и в Министерство юстиции, в котором коротко сформулируете суть происшествия. А также укажете счет, с которого будет изъята известная вам сумма. Я могу произнести цифры вслух.
- Не надо...Сейчас...Сейчас... Я поднимусь в кабинет...
- Пишите тут. - Полина протянула бумагу и ручку.
Смахнув с кофейного столика журналы и коробку конфет, Геннадий присел, взял у гостьи бумагу, ручку и торопливо начал писать. Остолбеневшая Алла осталась в кресле, глядя как супруг подписывает собственный приговор. Быстро справившись, он протянул заявление Полине:
- Я указал, что копии направляются в суд, в следственный отдел...Вот, вот чистые листки с моей подписью.
Гостья даже не просмотрела бумаги. Ее глаза не отрывались от Геннадия:
- Именно этого я и ждала. Вы зря хватаетесь за сердце. В данный момент вам ничего не угрожает. Но может случиться все, что угодно. Завтра, ровно в восемь утра, все средства Комитета должны быть перечислены на счет, который появится на вашем компьютере в шифре известной вам эмблемы. Не пытайтесь хитрить. Помните, введены в действие чрезвычайно мощные силы. Эффект может превзойти все ваши ожидания. В случае не подчинения на месте офиса Комитета останется горстка пепла. Он не радиоактивен, но в качестве удобрения больше подойдет обыкновенный навоз. Прощайте.
Она бесшумно выскользнула в незапертую дверь. Супруги не слышали ни шагов по дорожке, ни окриков охраны, ни звуков отъезжающего автомобиля. Они долго пребывали в полной тишине. Наконец, побледневшая Алла дотянулась дрожащей рукой до бутылки с минеральной водой и глотнула прямо из горлышка.
- Ты что-нибудь понял?!
- Еще бы! Эх, блин! Разлюли-малина! Чего ж тут не понять?! В субботу прибыл "ревизор"!
- Сам Крафт?
