- Госпожа Валевски? - окликнул её вальяжный служащий, тот самый, что помогал элегантной паре выбирать вечерний туалет. - Я запомнил вас и вашего кавалера. Господин Уорк был здесь и просил передать вот это. - Открыв дверцу в обшитой красным деревом стене, он достал обернутую шелковистой коричневой бумагой коробочку. - Отличная упаковка. Бумага японская, ручной работы. Господин знает толк в дорогих вещах.
- Вы уверены, что это мне? - засомневалась Полина.
- Абсолютно.
У себя в комнате она развернула посылку, надеясь найти в ней записку. Но там, в сафьяновом футляре, лежала лишь золотая цепочка в виде тонкой ленточки, на которой висел кулон - небольшой золотистый овал - то ли слеза, то ли какой-то восточный символ.
"Изящное прощание", - решила Полина, отказываясь понять смысл подарка. Который раз она призывала себя к смирению перед обстоятельствами и логически обосновывала необходимость жить дальше. Без надрыва, ран, душевных мучений. Словно не живая, а пластиковый манекен, взирающий на мир пустыми фиалковыми глазами.
"Спасибо, Вилли." - Сказала она, застегнув на шее ццепочку. "- Я постараюсь забыть тебя."
Вот только ночами не спалось - подступали страхи и мучительные сомнения. А может, нельзя сдаваться, нельзя плыть по течению, позволяя относиться к себе как к неодушевленной вещи? Может быть, следует что-то срочно предпринять? Вернуться в Москву или попытаться найти Вилли и потребовать объяснения? - металась она на скрипучей кровати. А утром аккуратно, с немецкой точностью стояла у окна своего ресторанчика, протирая сияющие стекла.
Он окликнул её в переулке возле "Аиста", когда Полина, едва державшаяся на ногах, плелась в пансионат с одной лишь мыслью - лечь и вытянуть гудящие ноги. Она так устала и так привыкла к ноющей боли, что даже не сумела обрадоваться.
- Прости. - Вилли подхватил её под руку и повел к автомобильной стоянке.
- Куда ты? Я пешком, здесь же рядом.
- Нам надо поговорить.
- Я очень устала. - Полина рухнула на сидение скромного старенького "БМВ", сменившего черный "мерс".
- Отъедем в тихий уголок?
- Я там усну. Или устрою тебе истерику. Я старалась, но все-таки не сумела не волноваться, когда ты пропал. Совсем не просто - стать бесчувственной. Возможно, мне это когда-нибудь удастся.
- Прости, прости, прости... - Вилли целовал её руки. Он остановил машину в укромном месте - темные стены домов без окон, задний двор с чредой мусорных бачков. - Не слишком романтично, правда?
- Мне все равно. Будем считать, что стоим на центральной клумбе в Версале возле каскадного фонтана или в Риме на Площади наций. Кстати, я там не была.
- Все впереди... Послушай меня внимательно, детка, пора прояснить ситуацию... Я не могу предъявить тебе документы, поверь на слово. Я секретный агент государственных служб. По-русски, шпион. Уже почти год я бьюсь над выполнением задания, которое счел поначалу совсем простым. Да, черт побери! Кажется, судьба припасла для меня сюрприз прямо у финиша. Ведь это мое последнее дело, я подал в отставку.
- Правильно, Уильям, уноси ноги, пока цел.
- Моя жена все время твердит то же самое... - Вилли сделал паузу, но Полина не отреагировала на заявление о жене. - Я не смог подать о себе весть все эти дни... Ты точно угадала - Рендол - "спрут", танцевавший с тобой на рауте, попытался устранить меня... Понимаешь, что это значит? Самим своим появлением рядом с тобой я навлекаю на тебя опасность. И сейчас веду себя как эгоистический мерзавец. Но... Мне необходима твоя помощь, детка.
- Хочешь сказать, что я имею отношение к твоему заданию?
- Огромное. Речь идет о неком человеке... Я все-таки думаю, что это человеческое существо, хотя уже два раза убеждался в обратном. Увы, скорее поверю в гениального трюкача, чем во вмешательство потусторонних сил... Его знают в разных кругах под именем Крафт.
- Слыхала. За ним охотишься не один ты... Не знаю, чем грозит этот монстр человечеству, но меня он лишил отца и семьи. Вернее, запущенная им адская машина.
- Мне удалось получить от российских коллег твое досье. Поэтому я и прибыл в Мюнхен. Не сомневался, что ты рискнешь помочь мне... Вовпрос состоял в том, сможешь ли...
- Значит, наш роман был проверкой?
- Ты выдержала её. На приеме у Эйслеров из двадцати трех присутствующих там человек тебе удалось безошибочно вычислить самого опасного. За Рендолом многое числится.
- Он убивал?
- Да. Но я... я тоже... Почему ты не боишься меня?
- Не знаю. Наверно, ты убивал не людей, ты убивал зло. - Полина долго мотрела в глаза Вилли. - Загадка состоит в этом. Я ощущаю флюиды зла, представляющие угрозу... Последнее время часто копалась в своих предчувствиях, и поняла, что много раз была близка к истине. Хотя думала, знаешь, бывает же необъяснимая антипатия к людям, предметам, вещам. Но здесь что-то другое. Кстати, мне удалось вспомнить человека на фотографии. Той, что была среди кучи похожих.Я плохо припоминаю его лицо, но даже сейчас, говоря о нем, ощущаю некую гнетущую волну, словно в помещении не хватает воздуха.
- Это и был Крафт. Изображения его и всех двойников.Ты вычислила верно.
