— Пока молчу. — Полина обняла за плечи сидящего у ветхозаветного пластикового торшера старика. Здесь, в стенах дачного домика с прикнопленными пейзажами из календаря, среди ветхих, пропахших плесенью вещей, он казался обычным, уставшим от огродных забот пенсионером. — Сама ещё плохо соображаю. Но за подарочек спасибо. Не ожидала такого расклада.
— Ты о чем, детка?
— О сведениях по поводу Россо. Что бы я делала, не зная до минуты планы этого господина?
— За Красновским следят четко на очень профессиональном уровне, и все данные о визитах и имеющих доступ в его дом людях, думаю, не вызывают сомнений.
— Значит, завтра, проводив супругу в Лондон, Марк Вильяминович собирается поработать грабителем, и для этого ожидает визита некоего Пустого… — Полина задумалась. — Интереснейший человек — Дима Пустой.
… Он сразу узнал её голос и на предложение встретиться коротко сообщил: Буду.
Полина выбрала небольшое кафе вблизи окружной. Доставивший её человек Рассада гарантировал, что «хвоста» нет. Полина прошла в зал «бистро» и подсела за круглый пластиковый столик.
— Привет!
Вадим поднялся, окинул её скользящим взглядом и пододвинул стул:
— Привет…
Перед ними стоял графинчик водки и тарелка с одиноким бутербродом.
— Я знаю человека, на которого ты работаешь. Красновский был компаньоном моего отца… Ты ведь слышал о «деле Ласточкина»?
— Еще бы. Отец все талдычил, как заранее почувствовал, что Андрей Дмитриевич пошел не тем путем. Снюхался с мафией.
— Ничего не снюхался. Его подставили и убили. Один из убийц Красновский. Ты поможешь мне?
— Хм… — Он невесело ухмыльнулся, не поднимая к Рите обрюзгшее серое лицо крепко пьющего человека. — И что мы можем доказать?
— Дело не в этом… — Полина не отрывала глаз от крупного с залысинами лба. — Сегодня вечером ты идешь на очередной сеанс к Красновскому. С твоей помощью этот тип «отсасывает» со счетов фирмы, тоже, кстати, награбленных, денежки в свой карман.
— Разобрался, не индюк какой-нибудь.
— И тебе это нравится?
— Полина уймись. Ты уже все поняла — Вадька Еременко не получил Нобелевку. И ученым не стал. Электронщик высокого класса, пьяница, разведен… Какие мне нужны лекции? О нравственности, морали? Вот у меня крест на шее — мать окреститься заставила. — Он потрогал серебряную цепочку. — Только и здесь — прокол. Не верующий я, Поленька. — Он привычно наполнил рюмку и одним глотком осушил её.
— Помоги мне… — Полина, наконец, поймала бегающий взгляд Вадима. Очень прошу, помоги.
— Россо, что ли, заложить? Так он же для меня — источник существования.
— Я заплачу. Но переведу деньги твоей жене, что с сыновьями сидит. А тебя, как спеца, порекомендую хорошим людям.
Вадим поморщился:
— Спасительница нашлась! Поздно спохватилась, радость моя. Знаешь, почему меня Красновский Пустым прозвал? Уцепить не за что. Ни идей, ни совести, ни жадности особой. Так, нечто вымирающее, скользкое. — Вадим снова наполнил рюмку, Полина остановила его руку.
— Неправда. У тебя ведь сейчас надежда вспыхнула! Ты подумал, что помогая мне, сумеешь отмыться. И тогда получишь шанс начать все заново.
— Парапсихологическая атака? Ты так и не оставила свои затеи… Вадим лихо опрокинул рюмку. — Ладно, сыграем в а, банк, девушка. — Он хотел было расхохотаться, но лишь горько хмыкнул. Сжал голову ладонями и закачался, тихонько всхлипывая.
— Ну вот и молодец, Вадик. — Полина отодвинула графин. — Слушай внимательно и запоминай. Дело-то серьезное.
— А ты не шутишь, красивая… — Посмотрел на неё Еременко покрасневшими, но трезвыми глазами.
— Все серьезно, Вадим, очень, очень серьезно.
— И что станем делать?
— Когда встретишь меня у Россо, сделай вид, что незнакомы, а потом проделаешь все операции, которые я скажу. То есть переведешь все источники на один счет. Я назову код.
— Ого! Такой куш хапнуть! На кого ты работаешь, Полина?
— Это номер счета фонда «Мир и прогресс» при ЮНЕСКО. Речь идет о финансировании экспериментов в области здравоохранения.
— Звучит красиво. Бальзам на душу. Когда станут судить, так и скажу.
— Вадь, и ещё просьба — постарайся быть внимательным и подыграть мне четко. Это и вправду рискованное дельце.
— Я малый сообразительный… — Вадим с тоской посмотрел на Риту. — Да видать, только не с женщинами. Глупо у нас вышло, а?
Вадим не подвел. Отлично сработал и прибор — верхушку елки сбрило, как гиперболоидом инженера Гарина. Это произвело большое впечатление на Красновского, остальное Полина довершила сама, ей даже не пришлось прибегать к помощи психогенератора. Только смотреть ненавидящими глазами в лживые, бегающие глазки этого гада и внушать ему простые действия, в результате которых полностью очистился тайный счет Россо и счета обираемого им «Атланта».
