— Никто вас не обманывал, Дениза. — Закончив осмотр трупов, Шеф выпрямляется. Голос его звучит уверенно и энергично. — Наши намерения вам были прекрасно известны, вы ведь обсудили их с Даниэлем.
— С ним, что ли? — указываю я на Хмурого. Шеф кивком подтверждает свои слова. — Ничего мы с ним не обсуждали, ровным счетом ничегошеньки. Ни о статье в газете, ни о Джилланах, ни о том, что Мартин подвергается риску, даже разговора не заходило. Так что с меня хватит! Забудьте, что мы когда-то сотрудничали.
— Постойте, Дениза! Давайте по порядку, ладно? Вы ни с того ни с сего сбежали из дому. Даниэль был готов на стенку лезть. И мы ничего не знали, понятно вам? Так что там с Мартином?
— Как вы здесь очутились? — продолжаю я гнуть свое.
— В ходе розыска поступили сообщения, что наши агенты кое-где видели Джилланов. К вечеру стал известен и этот адрес, и я направил сюда оперативника прощупать, что к чему. Через несколько минут после того, как Даниэль доложил мне о вашем побеге, раздался звонок. Оперативник рассказал, что вы примчались сломя голову. Тогда и мы в свою очередь сломя голову полетели сюда. У меня все. Очередь за вами, Дениза!
— Мне позвонила Олимпия и велела прийти. При этом потребовала явиться одной, иначе, как она выразилась, Мартину крышка. Несколькими минутами позже отец сообщил по телефону, что Мартина похитили из больницы.
— Как же ты могла уйти, не сказав ни слова? — укоризненно качает головой Хмурый.
Не удостаивая ответом, я делаю ему знак заткнуться и продолжаю:
— Сюда при мне тоже позвонили, и нашей мирной беседе пришел конец. Олимпия вроде бы говорила с братом, и тот сообщил, что на него было совершено нападение и Мартина вырвали из его лап. Я думала, что его освободили вы. Но если это не так, то что же произошло на самом деле и, главное, где Мартин?
И тут, безо всякого перехода, я вдруг разражаюсь слезами. Утыкаюсь лицом в плечо Шефа и, позабыв всякий стыд и собственную репутацию дамочки без нервов, реву и реву, покуда рубашка Шефа не промокает насквозь. Кто-то услужливо подсовывает мне бумажный носовой платок, затем еще один. Вокруг нас озабоченно снуют полицейские, вскоре прибывает бригада экспертов; мелькают вспышки, щелкают фотоаппараты, до слуха моего доносятся обрывки фраз, однако я все еще не способна нормально реагировать на внешние раздражители.
Шеф отрывает меня от себя и перекладывает на плечо Хмурого. Гнусный предатель стоически сносит ущерб, наносимый потоками моих слез его белоснежной рубашке. Он ласково гладит меня по спине, приговаривая: «Ну ладно, ладно, будет тебе…»
Я спешно высвобождаюсь из его объятий и, когда Шеф отсылает нас домой, облегченно вздыхаю: мне удалось обойти молчанием причину, по какой Олимпия заманила меня сюда. Для начала надо самой хорошенько переварить полученную информацию, а уж потом делиться ею с другими.
Хмурый настаивает, чтобы на обратном пути машину вел он, и я великодушно соглашаюсь, понимая, что представляю сейчас несомненную опасность. Мысли мои лихорадочно скачут; откинувшись на спинку сиденья, я пытаюсь составить план действий, но безуспешно, поскольку Хмурый завязывает разговор:
— Что за дикое желание прошибить лбом стену, Дениза!
— Уж кто бы говорил! Разве не ты сам подталкиваешь меня к этой стене?
— Признаю, виноват, что заранее не предупредил тебя о публикации в газете. Но я был абсолютно уверен, что сумею защитить тебя, если Джилланы проявят активность.
— Нечего сказать, хорошо вы нас с Мартином защитили!
— Но ведь ты ни словом не обмолвилась о происходящем!
— Не ори на меня!
Даниэль судорожно сглатывает и продолжает, заметно сбавив тон:
— Прости, Дениза, но за сегодняшний день я постарел на добрых три десятка лет. Мне даже в голову не приходило, что ты заподозришь меня в каких-то кознях, обведешь вокруг пальца и ринешься навстречу собственной гибели. Ты должна доверять мне, Дениза. Пойми, я не могу открыть всей правды. Попросту не имею права.
— Подставлять меня ты имеешь право, а сказать правду — нет?!
Машина останавливается у подъезда моего дома. Я выбираюсь на тротуар и протягиваю руку за ключами, но Хмурый крепко зажимает их в кулаке.
— Не вздумай увязаться за мной!
— Еще как вздумаю, — заявляет он, стискивая мое плечо. — Ты малость поостынешь, и мы вместе попробуем выяснить, что же случилось с Мартином.
— Нет, Хмурый! — Я решительно трясу головой. — Отдай ключи!
— А ну, марш! — сурово командует он и, развернув меня лицом к подъезду, дает тычка под зад.
Я направляюсь к двери, Даниэль следует по пятам. Ладно, на улице сцену не закатишь, но дайте мне только войти в квартиру!
Сцена разыгрывается, но, правда, не по моему сценарию. Начать с того, что ключ не входит в замок, поскольку изнутри вставлен другой. Я точно знаю, что единственным дубликатом владеет Мартин, хотя при теперешней ситуации ни в чем нельзя быть уверенной. Дурные предчувствия я пытаюсь развеять логикой: если кто-то собирается застигнуть меня врасплох в моей собственной квартире, вряд ли он станет запирать за собой дверь и оставлять ключ в замке.
