– Муси-муси, пуси-пуси, миленький мой, – послышалось из коридора, – я горю я вся в укусе, рядом с тобой.
– Проснулась! – Чет обнял букет и закрыл от удовольствия глаза.
Через несколько секунд на кухню зашла Пята в одном нижнем белье. Слабые тесемки прозрачного лифчика едва сдерживали ее волнующую грудь и, казалось, что они вот-вот сдадут оборону и рухнут на руки обалдевшему от счастья Чету.
– Как я вам сегодня? – Пята кокетливо покрутилась вокруг себя.
Чет, как во сне, протянул ей букет цветов, а Седа только зло облизнулась и, подтерев слюни у Воника, растеряно прошептала любимому:
– Рот закрой, пожалуйста.
– Пят, вот объясни мне, – Поник встал из за стола и подошел к ней ближе, – ты жрешь все подряд, приходишь ни свет ни заря домой, иногда покуриваешь с Воскриком марихуану, а выглядишь… лучше меня?
– Я люблю и я любима, – прошептала ему Пята и нежно погладила по бритому подбородку. – Сегодня я встречаюсь с Мартом!
– А мне что делать? – Чет недовольно захныкал.
– А ты сходи в гости к Февралю, достань чернил и поплачь. – Пята подошла к Чету, погладила его послушные волосы и вернула подаренный букет. – Навзрыд.
За этой милой картиной их и застала Суба.
– О! Два придурка в три ряда! Как ви сами себя имеете?
– Суб, ну скажи хоть ты ей, – продолжал хныкать Чет. – Объясни ей, что я ее люблю.
– Ой, Не делайте мне беременную голову! Купите себе петуха!
– Ты же ее лучшая подруга! Неужели Март лучше меня?
– Почему да?
– Субик, если ты не повлияешь на нее, я повешусь!
– Дешевле утопиться.
– Думаете я шучу? Я сделаю это! Сегодня же!
– Я себе имею представить! Чет, не делайте мне смешно! – и, отмахнувшись от него, она направилась к Понику.
– Понь, вы сегодня элегантнее, чем рояль. Пята, давно тебе говорю – присмотрись к этому лондонскому жениху!
– Спасибо, подружка, но он не в моем вкусе – Пята поцеловала Субу в щечку, достала из ящика шоколад и, прыгнув почти голой попой на рабочую поверхность кухонного стола, принялась грызть шоколадную плитку.
– Я люблю Марта, – добавила она и загадочно улыбнулась.
– Я Вас умоляю! Сегодня Март, завтра Апрель.
– Вот именно! Кого угодно, только не меня! – закричал Чет и зарыдал в букет.
– Чтобы да, так нет, – ответила Суба.
В коридоре послышались неторопливые шаги.
– Воскрик идет! Делаем ставки! – закричала Пята и кинулась к столу.
– Мужчина! – хором заорали Воник с Седой и кинули на стол две бумажки.
– Мужчина! – поддержал их Поник и элегантно положил бумажную купюру.
– Ээээ, – стоял в раздумьях Чет.
