Таша принесла мне чашку чая и свой новый рассказ:
– Вот, что-то на лирику потянуло, прочтешь?
– Конечно! – обрадовалась я.
История одной любви
– Да не люблю я ее, понимаешь? Не-люб-лю! – раздраженно по слогам произнес Игорь и отвел глаза в сторону.
Алька опустила голову и заплакала. Игорь обнял ее за плечи:
– Ну не могу я перечить отцу, ну как ты не понимаешь, Аленький?
– Почему у меня нет богатого отца, как у Таксы? И зачем твоему отцу понадобились ее деньги? Он их с собой на тот свет забрать хочет?
– Да причем здесь деньги?
– А что тогда? Зачем ему нужен этот брак? Неужели ты думаешь, я не понимаю из-за чего он заставляет тебя жениться на ней?
– Такса любит меня…
– А я, значит, нет?
– Она ему как дочь. Он ее знает с пеленок… Ну чего ты, ну не плачь. Я с ней уже поговорил, все объяснил. У нас будет фиктивный брак. Она согласна.
Алька кивнула и вытерла слезы:
– Конечно, она согласна. Жить то вы будете вместе, на даче у отца. Спать будете в одной комнате…
– Отцу осталось три месяца. Максимум – три месяца. Я должен быть возле него. Как он умрет я сразу разведусь с Таксой и мы поженимся. Обещаю тебе. Хочешь, поклянусь?
– Нет, не хочу.
– Нужно только подождать? Всего три месяца!
– Всего три месяца? Всего? Рядом с женщиной, которая боготворит тебя?
– Но я ведь ее не люблю!
– Это не важно. Она тебя любит. За двоих.
– Глупости все это. Любить надо за себя.
– Ты это делаешь из-за денег?
Игорь обреченно вздохнул, с видом мученика поднял руки к небу и умоляюще посмотрел на Алю.
Но она не смутилась и только повторила свой вопрос.
– Ты это делаешь из-за денег?
Игорь присел на стул.
– Это отличный старт. К тому же клиенты отца. Тебе не придется покупать ложки, вилки, стаканы. У тебя все это уже будет. Будет своя квартира, можем даже домработницу оставить, чтобы ты не мыла посуду и прибиралась в доме.
– А я хочу покупать ложки и вилки. Хочу мыть посуду, хочу убирать в доме. Хочу воспитывать наших детей, – у Альки опять задрожали плечи.
– Я обещаю тебе – у нас все будет хорошо. Надо только потерпеть, хорошо?
Алька уткнулась в его плечо, навзрыд зарыдала и смирилась:
– Да.
***
