– Моя дочь финансист, а не лекарь! – закричала маман. – Я не позволю этого никогда!
Тут пришла моя очередь:
– Ну, знаете ли. Вам нужен был состоятельный – вот, пожалуйста. Нужен был вежливый, услужливый – вот он, нужен был начитанный – тоже вот он, и ещё вы хотели с хорошей родословной – у него отличная порода – не кусается, не гавкает на чужих, целует ручки и разувает обувь. Ну да, играет иногда в казино. Ну да, иногда выпивает. Но зато он породистый! Неужели это не видно?
– Если существуют семь рюмок невидимой водки – то тогда конечно! Но я их видела.
– Я всё мочь! Ради моя Иринка я всё мочь! Я не буду пить! Вот ещё одну сейчас и всё, – Гоша схватился за бутылку водки, наскоро до краев наполнил ею рюмку и залпом выпил её.
– Ирина, мы уходим. Позвоним тебе чуть позже. Нам с отцом надо прийти в себя! – ледяным голосом сообщила маман и направилась к входной двери.
– До свидания, доченька, – прошептал папа и чмокнул меня в щёчку.
Когда за ними захлопнулась дверь я с улыбкой посмотрела на Гошу и даже не сдержалась и подошла к нему и обняла.
– Ты точно в меня не влюбилась? – спросил Лже-Эдвард.
– Точно! Хоть ты был великолепен.
– Три курса МХАТА. И зачем я бросил? Сейчас бы меня знала уже вся страна. – Мечтательно произнес Гоша и поднял глаза в потолок.
Маман позвонила поздно вечером, когда я уже лежала в постели и читала книгу.
– Я не хочу ставить тебе никаких ультиматумов, я просто прошу тебя – выгони его! – тихим голосом попросила она.
Я молчала.
– Неужели ты его любишь?
– Нет. Я люблю Кирилла. Но вам нужна порода.
Теперь замолчала мама.
– И ещё я люблю вас, поэтому делаю всё, чтобы быть с вами.
– Я вот тут подумала… может дать твоему Кириллу второй шанс?
У меня так бешено заколотилось сердце, что я даже ответить не смогла сразу.
– Ирина, ты слышишь меня? – спросила мама.
– Слышу. Мы не виделись с ним более трех месяцев. Может у него уже есть другая… – Я специально решила сразу не соглашаться с маминым предложением. Во-первых, чтобы она ни о чём не догадалась. Во-вторых, чтобы она не передумала, а стала меня утешать и уговаривать – чтобы эта идея исходила от неё, а не от меня.
– Ну так позвони, спроси, тебе надо встретиться с ним. Потом уже посмотрим. Если и он тебя любит, то у него не может быть другой.
– Ну у меня же появился другой? А я всё продолжала любить своего мужа. И только его! Я это точно знаю.
– Ладно, хватит этих сантиментов. Займись этим вопросом или предложи нам третьего кандидата.
– Нет, третьего я не выдержу. Я лучше подумаю, как вернуть Кирилла. Но попробуйте хоть сболтнуть, что у меня был роман с Эдвардом! Договорились?
– Сначала договорись с ним, а потом уже будешь торговаться с нами, – ответила мама и положила трубку.
Ну что ж! Я получила пропуск вернуть Кирилла в семью. Осталось только договориться с ним, чтобы он был помягче с моими родителями и не сильно умничал, когда начнутся беседы об английской литературе.
В пятницу после обеда я привезла Таше Кузьму, попросила его любить и жаловать до воскресенья, а сама уехала на Сапсане в Питер и там мы с Кириллом провели прекрасные выходные, которые назвали «второй медовый месяц»
Мне обязательно нужно было поговорить с Кириллом о родителях. Но я решила не портить этим выходные и побеседовать с ним в понедельник, после работы, за ужином.
– Ты ведь знаешь, что я помирилась с родителями, да? – спросила я мужа, разрезая ароматную буженину.
– Ты серьёзно? – Кирилл действительно был удивлен.
– Ну как же… Ты же мне звонил и я сказала, что помирилась…
– Я помню это, но я думал, что ты это придумала, чтобы позлить меня.
– Нет. Это Таша придумала. И помирила меня с ними. – Я замолчала и опустила голову.
– И что теперь делать? Будешь общаться с ними без моего участия?
– А ты не хочешь дать им второй шанс? – вопросом на вопрос ответила я.
– Насколько я помню, они меня на дух не переваривали. У них изменился нюх? Что произошло?
– Просто я очень страдала по тебе эти три месяца и они это видели. И сейчас наверняка хотят, чтобы мы опять были вместе.
– Наверняка? Ты их уже спрашивала об этом? – спросил Кирилл.
– Нет, просто они спрашивали про тебя и интересовались не помирились ли мы. Они и правда очень переживают. Они хотят, чтобы я была счастлива.
Кирилл усмехнулся.
– Чего ты? – не поняла я.
– Твоя мама думала и думает всегда только о себе. О том, какая она прекрасная, какая важная, какая умная. На тебя у неё просто времени никогда не было и не будет. – Кирилл вздохнул, – Но если ты хочешь, чтобы я присутствовал на твоих семейных ужинах – я не против. Ради тебя я готов даже на эти жертвы.
– Спасибо тебе огромное, – я дотронулась до его руки.
Он взял мою руку и поцеловал кончики пальцев.
– Когда?
– Что именно? – не поняла я.
– Когда намечается обед. Надо ведь проштудировать школьную программу по литературе. Освежить память. Помнится, в прошлый раз твоя мама подловила меня на Фонвизине.
– Да, мне тоже, наверное, надо перечитать «Недоросль», – засмеялась я и уткнулась носом в плечо мужа.
