В ответ на призыв темнота озарилась яркой вспышкой и под оглушительный хлопок отползла куда-то, оставляя после себя жуткий серый лес. Корни его и ветви тянулись от земли и неба в сторону троицы, искривлёнными червеподобными голыми щупальцами. Сложно было представить, как много страданий впитали эти вывернутые наизнанку деревья. Ричард будто на время стал одним из них, ощущая, как отчаянье и боль растекается по его венам.
Нира парила в воздухе и указывала на валун, словно тёмный ангел знамения… И тут Ричард увидел, что перед камнем возник небольшой коренастый человек. Он был будто зеркальным отражением валуна, но только с ярко-рыжими волосами и огненной бородой до пояса. Из-за её пышности сложно было понять во что был одет появившийся, но можно было заметить, как из-под бороды выглядывают различные отвёртки, зубила, молоточки и прочие инструменты.
— Ур, — сказал огненно-бородый в установившийся тишине.
— Ур, — эхом повторил валун.
— Забытое прошлое, — прогремел голос Ниры. — воспрянет целебной болью.
— Это… Это я, — валун говорил едва слышно. — Но как? Почему я забыл такое?!
Камень таращился на своего двойника и не мог больше проронить ни слова. Нира же продолжала грозно парить над землёй. Древнее божество из жутких легенд. Неожиданно она, будто сломанная кукла, повернула голову к Ричарду.
— Ты… — рука девушки устремилась в сторону юноши и в ответ искорёженный лес потянул к нему свои ветви. А рука Ниры постепенно превращалась в одну из этих ветвей, вытягиваясь и бледнея всё больше и больше. — Ты!
Ричард неуверенно попятится назад, но лес обступил его со всех сторон, оплетая вокруг кольцо из взбесившихся трухлявых корней. Звуки будто бы перестали существовать, оставив лишь скрежет дерева и обвиняющий голос иной Ниры. Её ветвь-рука уже почти дотянулась до Ричарда, но вдруг остановила своё движение и вздрогнула. Поначалу слегка, почти незаметно, но потом принялась извиваться будто змея, содрогаясь в конвульсиях, сопровождая всё тихим треском ломающейся древесины. Исполнив свой жуткий танец, ветвь-рука замерла и тут же рассыпалась в пепел, возвращая Нире её прошлый облик. Девушка устало рухнула на землю, под восходящее солнце. Лес постепенно возвращал свой будничный осенний вид, а Песня тонким ручейком возвращался в окружающий мир спокойствие и теплоту.
Очнувшись, как от дурного сна, Ричард тут же кинулся к Нире.
— Извини, я напугала тебя, — виновато прошептала девушка. — Этой магией тяжело управлять…
— Кто я? Кто же я?.. — повторял потрясённый валун. Рыжебородый двойник напротив него растворился вместе с призраком жуткого леса.
— Ты гном, — ослабшим голосом произнесла Нира. Ричард помог девушке подняться на ноги. — Ты был мастером, о которых говорят только шёпотом. Истинным сыном земли, что знал каждую её трещинку. Ты творил чудеса, заставляя бурные реки идти вспять, а города — парить по воздуху. А твои поделки-игрушки были гораздо живее тех, для кого были созданы.
— Но не живее тебя. Я… Это я помню, — проговорил Ур с ухмылкой воспоминаний на окаменевшем лице. — Ты была так юна, когда я пришёл к звёздному трону. Совсем ещё ребёнок. Так не похожа на всех тех, кого я видел раньше… Но это всё будто в тумане, как давний далёкий сон…
— Это истина. Ты не должен был забывать её. Никогда, — Нира при поддержке Ричарда подошла к валуну и прикоснулась к нему. — Доверься и впусти прошлое обратно. Оно слишком долго ждало в забвении.
С каждым словом Ниры, глаза Ура становились всё яснее. Они теряли каменную оболочку, покрывая себя живыми слезами. Валун с благоговением слушал девушку, будто бы ему напоминали давно забытую чудесную сказку. Окаменевший гном изредка стеснительно перебивал девушку, чтобы расспросить о чём-нибудь поподробнее. Ричард вслушивался в их беседу и перед ним возникали удивительные образы, совсем не похожие на вечноосенний Лес. Шпили высотных башен касались облаков, шумели многолюдные улочки парящих городов, невиданной красоты диковинные существа бродили тут и там, поражая прохожих своим изяществом и грацией. Но Ричард так же заметил, что все эти истории Нира пересказывала, так, будто прочла всё из книг, а вот гном, казалось, видел всё это своими глазами. Что же случилось с этим дивным местом?
Ур и Нира беседовали бы так ещё очень долго, но холодок, идущий откуда-то из глубины Леса, напомнил им о Драконе. Где-то там, вдали, он искал очередной ведьмин круг, для своего жуткого ритуала. Неустанно. Неотвратимо.
— Паре… Ричард, — обратился окаменевший гном к юноше, почувствовав эту тревогу. — Тот топор — Мерглом, где он говоришь?
— У Ниры.
— Вы позволите, моя госпожа? — учтиво попросил Ур. Ричард не сомневался, что если бы гному не мешала его каменная оболочка, то в этот момент он бы постарался отвесить элегантный поклон.
Нира без лишних слов протянула валуну Мерглом.
— Отлично! Просто прислоните его ко мне, — нетерпеливо пояснил Ур. — Руки то уже совсем не слушаются, хе-хе, но знания имеются. Кое-чего, дорогие мои, я всё же ещё могу!
