Я сразу же заявил, что я сотрудник КГБ, что на нас произошло нападение и среди нападавших есть пострадавшие – сломанная кисть и ранение в ягодицу, что надо срочно установить и задержать нападавших. Старший лейтенант, начальник этого наряда, повёл себя следующим образом: он понял, что я говорю правду, отошёл в сторону и, якобы по рации получив информацию об убийстве в районе, заспешил, сказал, что пришлёт скорую помощь, отдал команду своим людям, и они уехали с концами. Мы же ещё час добирались до гостиницы, так как все таксисты шарахались из-за нашего вида и отказывались нас везти. Благо один попался нормальный и не побоялся испачкать свой салон кровью. В принципе, мы ему тогда заплатили 50 рублей.
В гостинице партшколы я понял одно – что мне нельзя попадать в больницу в Минске, и позвонил домой, чтобы за мной приехал отец и отвёз меня в больницу в Лиду. Под утро с отцом приехал мой хороший знакомый Михаил Шоцкий. Он был за рулём, так как отец нервничал и не мог ехать. Всю дорогу меня тошнило и т. д. Так я оказался в травматологии под опекой моих одноклассников – хирургов-травматологов, их фамилии известны в городе.
Благо травмы оказались средними, и я уже через неделю был на ногах. А вот если бы остался в Минске, как мне потом объяснила Урсения, то меня бы просто…
Перед самым отъездом в Лиду к нам в номер зашёл ректор партшколы. Он был ошарашен нашим видом и был сильно взволнован. Товарища сразу же повезли в военный госпиталь – он сам попросил, чтобы его туда доставили. Что с нами произошло, я уже объяснил ректору потом, на зимней сессии. Вот таким образом я был в сантиметре от смерти, так как если бы шланг с гаечным набалдашником прошёл не по касательной, а прямо в висок, то был бы летальный исход. Чего и добивались нападавшие…
Через пять месяцев в Полоцке были задержаны трое из нападавших, от них-то и пошла цепочка, кто за всем этим стоял. Об этом я уже говорил выше. Многочисленные гематомы по телу и лицу у меня зажили за две недели, а вот моему товарищу после лечения врачи не давали летать ещё полгода, так как были сломаны несколько рёбер. Когда я лежал в больнице, то мои мысли постоянно возвращались к незнакомке в поезде, которая мне практически предсказала будущее. Всем своим нутром я чувствовал, что мне ещё предстоит встреча с ней…
Мать с отцом уехали к больной родственнице во Вселюб, рядом с Новогрудком, я же отпросился из больницы домой помыться, привести себя в порядок и т. д. Вот там меня и посетила Урсения. Вот как это происходило: перед самым сном прямо в спальне материализовалась из ниоткуда Урсения. От неё исходила такая энергетика, что вы как будто чувствуете тысячи игл в теле, через которые в вас что-то вливается. Некоторое время она рассказывала, кто она, зачем здесь и почему. Кое-что из её рассказа я могу сказать, но только с её разрешения, и то это будет не так скоро, а пока надо набраться терпения и принимать все удары судьбы стоически, ибо за то, что я избежал смерти, необходимо будет пострадать. Это не страшно, главное, при ударах судьбы оставаться человеком, без злости и мщения к тем, кто тебе делает больно. Всё это будет оценено потом, и оценка эта будет повыше оценок и сплетен людских! Урсения тогда сказала, что человечество опять уходит с того пути, на который его всё пытаются направить небеса, а человечество закрыло глаза и уши и пожирает землю, как черви! Принято решение Высшей Силой – сделать человечеству последнее предупреждение! Время осознать свой путь и значение на этой земле человечеству дано в пределах 40 лет человеческой жизни. Заметьте, говорилось это в 1989 году, вот и посчитайте… После этого она предупредила, что по приезде в Ригу я получу от неё полную информацию, которую мне необходимо будет знать для будущего и для того, чтобы быть готовым выполнить, в случае необходимости, свою миссию в этом мире. Сразу же забегу вперёд и скажу, что многим захочется, при прочтении того, о чём я рассказываю, обвинить меня во всех тяжких, послать меня куда-нибудь на лечение и т. д. Отвечу сразу: все, кто выступит в мой адрес с такими обвинениями, будут жестоко наказаны, и их близкие пострадают из-за них ещё на этой земле, а в том мире ещё жёстче спросят! Так меня заверила Урсения. Кстати, за эти годы я в этом уже убедился. По-человечески предупреждаю – не охаивайте то, что не знаете и чего пока не дано знать, лучше задумайтесь, о чём я говорю, и чего действительно хотят от нас Небеса!
А теперь я расскажу вам то, что разрешено сказать и что мне поведала Урсения в Риге весной 1990 года.