Вставая, я снова опустила взгляд к отражению — теперь контур его замыкал зеленоватую непроглядную тьму. Должно быть, я выехала на приличную глубину. Зато проявились черты лица и светлое пятно одежды. Может из-за состава воды, может еще по каким-то причинам, но и лицо и платье казались зеленоватыми. Я показала себе язык. Тоже зеленый.
Взглянула на берег — песчаного замка уже не было видно. В воздухе разливался странный млечный свет, дважды отраженный зеркалом льда и пепельной дымкой неба. Не отрывая ног, я заскользила вдоль берега, поглядывая на свое перевернутое отражение. Меня забавляла зелень кожи, какие-то странные пятна и полосы, нырки и неуклюжие взмахи рук.
Потом мне показалось, что на мне нет одежды.
Я остановилась, огладила новое платье. Отражение послушно потрогало себя за бока. Живот и грудь у него светились белым, а руки казались гораздо темнее. Эй, что это?
Я наклонилась недоуменно — отражение наклонилось навстречу. Скуластая мордашка с острым подбородком, широко расставленные темные раскосые глаза, неаккуратная грива волос явственно зеленого цвета…
Это не мое лицо. Это не я, провалиться мне на этом месте. То есть, совершенно, абсолютно не я!
Отражение, повинуясь моим порывам, ощупало свои щеки и нос, скорчило рожу и опять высунуло язык. Физиономия у отражения несомненно создавалась для всякого рода гримас. А язык был серый, тонкий и раздвоенный на конце.
Отражение оказалось совершенно обнажено, я разглядела смешные веточки ключиц, узкие плечи, маленькую девчоночью грудь и трогательно сомкнутые коленки. Кожа отражения была зеленоватой, ее покрывали темные полосы и пятна, сходящие на нет на бледном животе.
Я опустилась на колени, чтобы лучше видеть. Существо из опрокинутого мира точно повторяло мои движения.
— Эй, — сказала я. — Кто ты?
У существа шевельнулись губы, беззвучно дублируя мой вопрос. Глазастая мордашка отражала безмерное удивление — мое или его собственное, поди разбери…
— Кто ты? — спросила я еще раз. Существо из-подо льда задало мне тот же вопрос.
Я улыбнулась — и она улыбнулась, опоздав на долю мгновения. Я положила ладони на лед, вернее, на ее ладони, поспешно подставленные снизу, отделенные от моих только слоем замерзшей воды.
— Вылезай оттуда, — сказала я. — Вылезай, покатаемся.
