— Ну ладно… я все понимаю. Но зачем ты сделал это моими руками, Амаргин? Ты бы и без меня прекрасно мог…
— Зачем сапожник выдает подмастерью кусок кожи, гвозди и молоток? Уж наверно не потому что ему трудно стачать сапоги без посторонней помощи, — маг взял серебряный кувшин, в котором я хранила пресную воду и плеснул немного в комковатую кашу. — Помешай, а то пригорит.
— Тогда расскажи мне о мантикоре. За что он был тут прикован?
Амаргин усмехнулся.
— "За что?" За руки, как ты успела заметить.
— Амаргин!
— Мне только и заботы, что над тобой подтрунивать. Не интересно — ты быстро выходишь из себя. За какие грехи? Знаешь, он сам тебе об этом расскажет… если сочтет нужным. Давай кашу есть.
Он ловко вытащил котелок из огня — опять голыми руками, словно забыл об утреннем спектакле. Я взяла ложку.
— А ты, Амаргин, ты-то какое имеешь отношение к мантикору?
Я была почти уверена, что он пожмет плечами и скажет "никакого". Однако маг задержал ложку на полпути ко рту и улыбнулся:
— О! Самое прямое. Малыш был старшим учеником у Стайга Ловца. Мы с Враном — его младшие товарищи.
— У Стайга ?
"Ты ведь недавно у Стайга?" — вспомнила я.
— Да, Стайгом звали нашего учителя, моего поручителя.
— Который вместе с другими погиб в драке с Изгнанником?
— Он самый. Давно это было.
— Эрайн упоминал о Стайге, — пробормотала я. — Ой, я хотела сказать — мантикор…
— Я знаю его имя, — поднял ладонь Амаргин. — Ничего страшного. При чужих только не говори. Называй его Малыш.
— Он сперва решил, что я — тоже ученица Стайга. Очень удивился, когда узнал, что твоя.
— Парень слишком долго спал. У него сместилось восприятие времени.
Амаргин увлеченно зашаркал ложкой по дну, выскребая поджаристую корку. Некоторое время мы молчали, доедая кашу. Потом маг напился воды из кувшина, вытер рукавом губы и сказал:
— Я хочу, чтобы ты помогла Малышу привыкнуть и разобраться что к чему, хотя бы на первых порах. Это будет полезно для вас обоих. Кроме того… — Амаргин нахмурился и потер пальцем переносицу. — Кроме того, я должен предупредить кое о чем. Будь готова к некоторым сложностям. У парня серьезные неприятности, с которыми он должен справиться. Иначе… он погибнет.
Я напряглась:
— Что с ним такое?
Волшебник поморщился. Выдержал паузу. Потом неопределенно пошевелил пальцами:
— Прошлое. Его прошлое. Оно никуда не делось, оно осталось с ним. Хуже того — прошлое проснулось раньше и теперь пытается взять верх. Малыш расскажет, если захочет. Ты просто знай, что ему сейчас будет очень, очень тяжело.
— А что я должна делать?
— Старайся не оставлять его одного.
