Из-за моего плеча протянулась рука, на ладони ее лежал маленький нож в форме птичьего пера — я не раз уже видела его; с помощью этого ножичка Ирис ловко мастерил свистульки и дудочки из тростника.
— Ого! — Перла почему-то отступила. Белая, с черным кончиком бровь ее изогнулась, как горностайка. — Ты и впрямь сумасброд, малыш. Убери скорей, и не вздумай предлагать его ни мне, ни другим, тем более за всякую мелкую услугу. — Она негромко фыркнула и, кажется, успокоилась. — Мальчик, ты понял, что я сказала? Нет ничего глупее ненужной жертвы. Хорошо, что ты обратился ко мне. Морион, Шерл или Куна не столь щепетильны.
— Тогда чем я расплачусь?
— Мы договоримся. — Она улыбнулась, мелькнув острыми зубами. В черных зеркалах дважды отразился озадаченный Ирис с закушенной губой; волосы его бились и развевались как флаг, хотя ветер стих и море разгладилось. — Мы договоримся, Босоножка. А ты, — тут она наклонилась ко мне, и из глаз ее глянули на меня две треугольных скуластых мордочки, по-дикарски разрисованных полосами и зигзагами, два ухмыляющихся, совершенно не похожих на мое, лица. — А ты иди со мной, малышка. Я сделаю тебе платье, которое ты не сносишь за всю свою жизнь, сколько бы тебе ее ни было отмерено.
Она отступила назад, повернулась, маня улыбкой:
— Идем, девочка.
Я шагнула к ней — меня вдруг ни с того ни с сего окатило холодом. Обернулась поспешно:
— Ирис?
— Не бойся, Лессандир. — Губы его едва шевельнулись, голос долетел, тихий как дыхание. — Не бойся ничего…
У южных ворот Эльго многословно попрощался и слез. Ю велел вознице ехать дальше, к "Трем голубкам", что на улице Золотая Теснина. Мы миновали "Королевское колесо", двери которого уже были широко открыты — видимо, последствия ночного загула принцессы Мораг записали в ее счет и привычно уничтожили; жизнь продолжалась.
У дверей маленькой гостиницы повозка остановилась. Ютер поглядел на резную медную вывеску и как-то криво усмехнулся.
— Значит, ты здесь живешь?
— Да. Не зайдешь ко мне?
Он покачал головой.
— Надо возвращаться. Не хочу оставлять его одного надолго.
Я едва не ляпнула "кого — его?", но вовремя прикусила язык.
— Спасибо тебе, Ю. Спасибо, что помог.
Ю поморщился:
— Найгерт никогда никого не наказывает без вины. Но если покопаться, вину можно найти у всякого. Для этого существуют Кадор Седой и его подручные. Помни также о Терене Гройне и его Псах.
— Ю… ты обещал поискать мою свирельку. Не забудь, пожалуйста.
— Не забуду. Прощай.
— До встречи.
