— Вот именно! И то, что Сучка с ними спелась, это совсем не есть хорошо. Она же всё, ну не всё — так многое, про нас знает, и на чём нас можно развести — тоже.
— Рэгги, ты про то, что тебя за долги на панель выставили?
— Не столько за долги, сколько за доверчивость излишнюю. Но к Сучке я вообще ни разу доверия не испытываю. Ты прикинь, тут времени хорошо, если полчаса прошло, а она уже успела этих кадров зацепить. И явно не поработать.
— Думаешь?
— Угу. Если бы хотела поработать, то пошла бы с ними в гостинку. А гостиница — там, где нас кормили.
— А может в той стороне ещё одна?
— Там хостел — комната на шесть рыл и удобства в коридоре. Сучке, конечно, наплевать — при ком трахаться, но половину девочек ещё ведёт, им это развлечение и даром не нужно.
— Даром — точно не нужно, — Лялька хихикнула. — Если хочешь, можно сходить и посмотреть.
— Сходить можно. Но не нужно. Тебе сильно надо, чтобы эти… — я ткнула большим пальцем туда, куда пошла Сучка с кадрами, — тебя срисовали?
— Не-а.
— Ну вот то-то. Ляль, нам лучше линять отсюда сегодня же, а не через три дня. Будем сидеть — только деньги потратим, да ещё перед братками засветимся. Ты, кстати, не жалеешь, что ствол не купила?
— Уже жалею. Пошли, купим!
— Пошли.
Мы похватали сумки и, с оглядкой, двинули к иммиграционному отделу и арсеналу.
Пока Лялька ходила покупать себе оружие, я переговорила с Оксаной, которая в этот момент была свободна, и выяснила, что поезд будет в двадцать два ноль-ноль. Осталось придумать, где мы просидим всё это время.
Лялька выскочила из дверей, которые вели к арсеналу, и помахала бумажным пакетом.
— Вот, купила!
— Что купила? — поинтересовалась Оксана.
— Пистолет, вон как у Рэгги — «наган».
Оксана неожиданно захихикала:
— Вообще-то «наган» — это револьвер.
— А, какая разница, — Лялька махнула рукой. — Главное — стрелять можно.
Оксана опять поперхнулась смехом:
— Ты всё же «Наставление» почитай, может, разберёшься — где пистолет, где револьвер… «Наставление»-то дали?
— Вот это? — Лялька выудила из пакета книжицу такого же специфического цвета, как и у меня.
— Это, это… — Оксана хотела сказать что-то ещё, но дверь, которая вела во двор, распахнулась, и внутрь ввалилась явно семья — мужик лет сорока, женщина тоже примерно таких лет, пара девчонок лет шестнадцати-семнадцати и пацан где-то двенадцати лет. Они с открытыми ртами водили по сторонам ошалелыми взглядами.
Оксана, кивнув нам головой, шагнула к ним и заговорила заученным голосом:
— Здравствуйте, я приветствую вас на Новой Земле. Вы находитесь на Базе «Россия». Могу я взглянуть на ваши «ай-ди»?..
Поняв, что она будет теперь надолго занята, мы подхватили свои сумки и вырулили во двор.
— Рэгги, глянь, — Лялька толкнула меня в бок. В дальнем углу двора притулилась небольшая беседка, судя по всему, — курилка. — Пошли, там в тенёчке посидим.
— Пошли, — я прикинула, что братки вряд ли сунутся в этот двор. Ну, а если выгонят — пойдём искать другое место.
В беседке действительно была курилка, но если не обращать внимания на половину бочки с водой, в которой плавали окурки, то выглядела она весьма цивильно. Плюхнувшись на скамейку, я выудила из сумки свою книжицу и стала разбираться, что же я себе купила.
Захлопнув её через три часа, я смогла сказать себе, что хоть малость разобралась, как устроен «наган», а также чем пистолет отличается от револьвера.
Лялька сначала тоже уткнулась носом в «Наставление», но примерно через полчаса махнула на это рукой и, пристроив под голову сумку, завалилась на лавочку и уже больше двух часов сладко хрючила. Её не беспокоили даже заходившие на перекур военные из Патруля и местные работники. Впрочем, «придавить массу» она всегда была не прочь.
Я же предпочла потратить время на расспросы местных про Порто-Франко и местную жизнь, что дало мне определённую информацию к размышлению. В частности, про две России и различия между ними. Про себя я решила, что, скорее всего, я всё-таки поеду на русскую территорию, ибо обустраивать жизнь с нуля всё-таки проще среди людей, которых ты понимаешь «на автомате».
В отличие от многих девочек, голубой мечтой которых было «выскочить за иностранца», я к подобной перспективе относилась с изрядным скепсисом, подтверждавшимся приличным количеством скандальных и трагичных историй, о которых почти каждый день писали разные бульварные листки.
Когда время перевалило за двадцать один пятнадцать, я сдёрнула Ляльку со скамейки, хотя бы частично разбудила и потащила в сторону станции.
Была мысль зайти в ресторанчик к этому забавному армянину. Если честно, то я уже забыла, когда последний раз так вкусно и сытно ела, да и его обхождение грело душу. Но я решила всё-таки туда не идти — вероятность встретить там кавалеров Сучки была достаточно велика, а мой внутренний голос даже не шептал, а вопил: «От этих кадров могут быть только проблемы!».
По дороге мы зашли в маленький супермаркет. Там я прислонила Ляльку к стенке и быстренько купила перекусить в дорогу. Обошлось мне это действительно в гроши.
