– Это карантин, Мартин, – ровным голосом перебил его Уилл. – Позволь Инквизитору закончить.
Но вместо Инквизитора заговорил Чарльз.
– Вы все, – громко произнес он, – вы все знаете, что моя… что Барбара Лайтвуд пострадала во время нападения демонов. Яд проник в ее кровь. Она не смогла сопротивляться болезни и скончалась несколько дней назад.
Томас поморщился, словно от нестерпимой боли, а красное от гнева лицо Мартина Уэнтворта сделалось белым – очевидно, он вспомнил своего сына, Пирса.
Чарльз тем временем продолжал:
– Оливер Хейуорд был рядом с нею, когда она умерла. Во время агонии она перестала узнавать друзей и близких, набросилась на Оливера, ударила и исцарапала его.
Люси вспомнила кровь на руках и манжетах Оливера. В библиотеке воцарилась тишина. Она не могла заставить себя взглянуть на Томаса.
– Как вам, возможно, известно, – говорил Чарльз, – семья Хейуордов руководит Институтом Йорка, и Оливер, потеряв любимую женщину, естественно, пожелал вернуться домой.
– Как и подобает любому благовоспитанному молодому человеку, – вполголоса пробормотал Бриджсток.
Чарльз сделал вид, будто ничего не слышал.
– Вчера мы получили известие о том, что Оливер болен. Царапины на руках воспалились, и у него началась болезнь с теми же симптомами, что и у людей, которых здесь, в Лондоне, укусили демоны. – Он помолчал. – Сегодня утром Оливера не стало.
Люди в один голос ахнули. Люси почувствовала тошноту и головокружение.
Лоренс Эшдаун поднялся, отшвырнув стул.
– Но Хейуорд не пострадал во время нападения демонов! Кроме того, всем известно, что яд демонов не передается от человека к человеку!
– Этот яд вызывает тяжелую болезнь, – невозмутимо заговорил Уилл. – Безмолвные Братья установили, что болезнь передается через кровь, то есть через укусы или царапины. Такой путь передачи не может привести к эпидемии, но, тем не менее, болезнь все-таки заразна. Отсюда и карантин.
– Так вот почему больных перевезли в Безмолвный город, где их запрещено навещать? Так вот что происходит? – вскричал Уэнтворт.
Люси снова вздрогнула: она не знала, что к больным не допускают посетителей. Томас, заметив выражение ее лица, прошептал:
– О запрете на посещения стало известно только сегодня утром. Мы с Кристофером случайно услышали, как дядя Габриэль говорил об этом.
– В Безмолвном городе им будет лучше всего, – заявил Чарльз. – Братья сумеют позаботиться о раненых, а демонам туда вход закрыт.
– Значит, вот каков план Конклава? – Ида Роузвэйн повысила голос. – Они намереваются изолировать нас в Лондоне вместе с демонами, которые травят жертв неизвестным ядом – чтобы нас всех перебили одного за другим?
Даже Бриджсток, судя по всему, растерялся и не знал, что на это ответить. Молчание нарушил Уилл.
– Мы – Сумеречные охотники, – произнес он. – Мы не ждем, пока кто-то спасет нас. Мы спасаем себя сами. Мы, жители Лондона, не хуже любого члена Конклава можем справиться с этой проблемой, и мы с ней справимся.
Сердце Люси дрогнуло. Ее отец был прирожденным лидером, и она любила в нем это качество. Он знал, когда следует успокоить людей, а когда подбодрить. Чарльз, который так отчаянно желал стать главой Сумеречных охотников, умел лишь запугивать и требовать.
– Уилл прав, – осторожно заговорил Чарльз. – Безмолвные Братья готовы помочь нам, а я буду действовать в качестве Консула и замещать мать, поскольку она не может покинуть Идрис.
Чарльз взглянул на собравшихся, и на миг Люси показалось, что он смотрит в упор на Алистера Карстерса. Странно, подумала девушка, он здесь, а Сона почему-то не пришла. С другой стороны, Алистер наверняка передаст новости своей семье.
Алистер некоторое время смотрел в глаза Чарльзу, потом отвел взгляд; Люси почувствовала, как Томас, слегка касавшийся ее плечом, напрягся всем телом.
– Мы разделимся на три группы, – заговорил Бриджсток. – Первая группа будет заниматься изысканиями в библиотеках, ее задача – найти сведения обо всех похожих событиях, случавшихся прежде, о болезнях, передающихся от демонов, о демонах, которые могут существовать при солнечном свете, и так далее. Вторая группа будет заниматься ночным патрулированием, третья – дневным. Каждый Сумеречный охотник в возрасте от восемнадцати до пятидесяти пяти получит участок Лондона, за который ему предстоит отвечать.
– Не понимаю, почему вы считаете, что демоны останутся в пределах города, – мрачно произнесла Лилиан Хайсмит. – Мы можем находиться на карантине, но на них это не распространяется.
– Мы не одиноки, – сказал Уилл. – Йорк тоже закрыт, хотя пока там не выявлено новых случаев странной болезни. Сумеречные охотники Корнуоллского Института, а также несколько человек из Идриса будут патрулировать окрестности Лондона. Все Сумеречные охотники Британских островов находятся в состоянии боевой готовности. Если демоны появятся за пределами Лондона, их убьют.
– Эти демоны не возникли из ниоткуда, сами по себе, – продолжал Бриджсток. – Их кто-то вызвал. Чтобы напасть на след преступника, мы должны допросить всех магов Лондона.
