Люси в ответ с силой пнула демона в грудь, но тот закряхтел и стиснул ее еще сильнее. Она вскрикнула от боли. «Рептилия» разинула нижнюю пасть, и Люси увидела блестящие клыки, а в следующий миг изо рта у твари хлынул черный ихор. Демон пошатнулся и выпустил Люси. Она больно ударилась о землю, откатилась в сторону и в изумлении посмотрела на врага: оказалось, что из груди у него торчит острие меча, заляпанное зеленоватым ихором. Потрясенный монстр взглянул на кусок стали, издал злобное рычание и исчез.
За спиной у демона стоял Джесс.
Он был вооружен тем самым мечом, который висел на стене в тесном сарае с гробом. Несмотря на то что клинок и земля под ногами у Джесса были забрызганы ихором, ни на одежде, ни на обнаженных до локтя руках не было ни единого пятнышка. Люси краем сознания отметила, что наступила ночь. Глаза призрака блеснули, и он медленно опустил меч.
– Джесс, – задыхаясь, прошептала Люси. – Я…
Она смолкла, когда Грейс неуверенно сделала шаг навстречу брату. Некоторое время девушка переводила недоуменный взгляд с Люси на Джесса.
– Я ничего не понимаю, – пролепетала она и прижала к груди дрожавшие от волнения руки. – Вы действительно видите Джесса?
Джеймс думал, что Мэтью и Корделия попытаются ему помешать, однако, когда он объяснил им причину своего поступка, когда облек в слова те мысли, которые безостановочно крутились у него в мозгу, он понял, что они не станут возражать. Оба, побелев, как полотно, смотрели на него огромными глазами, но ни он, ни она не сделали движения, чтобы преградить ему путь к черным вратам.
Мэтью – взъерошенный, грязный, в совершенно неуместных гетрах – усилием воли заставил себя расправить плечи, поднять голову.
– Если ты должен идти, я иду с тобой, – объявил он.
Джеймсу показалось, что сердце его сейчас разорвется на части. Как он мог поступить так с Мэтью? Как он мог обречь себя на смерть в потустороннем мире, куда Мэтью не мог последовать за ним?
И все же он сделал это.
– Ничего не получится, – мягко произнес он. – Никто не может пойти со мной в мир теней, Мэтью. Даже ты.
Мэтью быстро подошел к черным вратам, не обращая внимания на тревожный окрик Джеймса, и протянул руку в пространство под аркой, туда, где зеленая трава кладбища граничила с серой землей, усыпанной пеплом.
Но ничего не получилось – он словно наткнулся на стеклянную стену. Когда Мэтью обернулся к своим спутникам, Корделия заметила, что он дрожит всем телом.
– Корделия, у тебя есть веревка? – спросил он.
У Корделии еще лежала в кармане та самая веревка, по которой они забрались в окно квартиры Гаста. Она подала Мэтью моток и, ничего не понимая, смотрела, как он обвязывает Джеймса поперек туловища. Руки у него тряслись, но ему удалось завязать надежный узел. Обмотав второй конец веревки вокруг собственного пояса, он спокойно взглянул на Джеймса.
– Что ж, иди, – произнес он. – Если что-нибудь случится – если потребуется, чтобы мы вытащили тебя обратно, – дерни за канат три раза.
– Хорошо, – ответил Джеймс. Потом обернулся к Корделии. Он стоял совсем близко к порогу, и ей показалось, будто силуэт его уже начинает расплываться, словно карандашный набросок, который кто-то стирает ластиком.
– Корделия…
Она наклонилась и быстро поцеловала его в щеку. Он моргнул и с изумленным видом коснулся лица кончиками пальцев.
– Возвращайся, – прошептала она.
Джеймс кивнул. Говорить было больше не о чем. Бросив на друзей прощальный взгляд, он шагнул в магический портал и исчез.
Мир, находившийся по ту сторону демонических «врат», был окрашен в серый и черный цвета. Сначала Джеймс двигался среди каких-то бесформенных теней, но вскоре вышел на тропу, извивавшуюся среди песчаных дюн. Воздух был тяжелым, горячим, пахло паленым; ветер швырял в лицо Джеймсу пригоршни песка, и он вынужден был прикрывать глаза рукой.
Через какое-то время в темно-серых облаках у него над головой образовалась дыра, и показались странные, незнакомые созвездия. Зловеще мигали звезды, почему-то похожие на паучьи глаза. Вдалеке, наоборот, сгущались тучи, пошел черный дождь.
Джеймсу стало не по себе, но его немного успокаивало прикосновение веревки, которой обвязал его Мэтью. Подобно всем веревкам Сумеречных охотников, она была длиннее, чем могло показаться на первый взгляд; моток разматывался и разматывался, и казалось, что он никогда не закончится. Джеймс крепко держался за нее правой рукой, ведь где-то там, на другом конце, находились Мэтью и Корделия.
Вскоре ландшафт изменился, и Джеймс впервые увидел в сером царстве следы цивилизации. Среди песка торчали обломки колонн и остатки разрушенных стен. Вдалеке он различил очертания сторожевой башни.
Тропинка огибала очередную дюну. Обойдя серый песчаный холм, Джеймс смог лучше рассмотреть башню, устремлявшуюся к облакам, подобно стреле. Перед ним лежала площадь, окруженная руинами стен, а в центре площади стоял мужчина.
