Золотая цепь полностью

Корделия испуганно вскрикнула, и в ту же секунду гигантский демон снова прыгнул, вытянул перед собой лапы и выпустил когти. Он был необыкновенно ловким и проворным, несмотря на раны и болячки. Одна лапа задела руку Джеймса, но он отскочил в сторону, занес над головой клинок и рассек шкуру демона. Снова его залило ихором, но на этот раз демоническая кровь смешивалась с его собственной. Джеймс почувствовал во рту металлический привкус, на мгновение у него подкосились ноги, но он собрал последние силы, резко выпрямился и снова устремился в атаку. Мандихор выбросил в его сторону гигантскую лапу и схватил клинок.

Когда лезвие разрезало шкуру, демон взвыл, но не выпустил меч и дернул на себя. Пальцы Джеймса разжались, и он отлетел в сторону.

Он ударился о землю с такой силой, что у него на несколько мгновений перехватило дыхание. Меч лежал рядом на песке. Джеймс потянулся к оружию, но мандихор опередил его и наступил на клинок. Он хотел отползти в сторону, но в этот момент на него напал приступ кашля; поднявшись на колени, он выплюнул пригоршню крови. Где-то вдалеке злобно хохотал Велиал.

Джеймс вытер кровь с губ. Демон встал на дыбы и с высоты двадцати футов смотрел на Сумеречного охотника алыми глазами-щелочками.

– Джеймс, сдавайся, – окликнул его Велиал. – Признай свое поражение. Иначе я прикажу мандихору снова атаковать тебя.

Джеймс из последних сил поднялся на ноги. Он видел Корделию – она разодрала руки в кровь, пытаясь освободиться от лиан. Ему хотелось извиниться перед ней, сказать, что он глубоко сожалеет, что он вовсе не хотел втягивать ее в этот ужас.

Девушка смотрела прямо на него, и ему показалось, что она пытается взглядом сказать ему что-то. Она не оставляла попыток оторвать от себя черные лианы, не сдавалась, несмотря на раны и боль. Ведь это была Корделия – она никогда не сдавалась.

«Сражайся», – сказал себе Джеймс, но сил не было. Тело не повиновалось ему. Тени обступали его со всех сторон. Мандихор навис над ним в ожидании приказа Велиала. Велиала, который правил серым царством, который подчинил его своей воле.

Джеймс вытянул перед собой правую руку. Царапина, оставленная когтем мандихора, еще кровоточила, и кровь моментально впитывалась в песок. Ему показалось, что он слышит шепот песка, что сама земля негромко мурлычет какую-то песню. Но нет, подумал он – скорее всего, у него просто галлюцинации, лихорадка.

«Тени», – шептал песок, и Джеймс вспомнил, чему учил его Джем. Сосредоточься. Успокойся. Дыши ровно. «Ты должен окружить себя крепостью самоконтроля. Ты должен узнать свою силу, чтобы уметь распоряжаться ею».

Велиал сумел подчинить себе этот мир, заставил всё и вся склониться перед собой. «Каждое дерево, каждый камень, каждая песчинка здесь повинуется мне». Это царство повиновалось Велиалу, его духу.

«Ты – мой наследник, моя плоть и кровь».

Джеймс заставил себя сосредоточиться, собрал волю в кулак и направил ее вниз, подобно лучу, который проходит сквозь увеличительное стекло. Всю свою волю, решимость, жизненную силу, энергию, которая еще осталась в его теле, он устремил на серую землю под ногами. И тогда он почувствовал, что земля ожила. Дух Джеймса словно протянул руки к сердцу темного царства, к окаменевшим кривым деревьям, к нагромождениям серых костей, к пепельным дюнам, к тени мандихора.

Велиал выкрикнул приказ, и мандихор напал. Джеймс вскочил на ноги. Он продемонстрировал свою внутреннюю силу царству теней, и оно ответило: раздался гул потревоженной земли, воздух разогрелся и зашипел. Из ладоней Джеймса, из его пальцев возникли языки черного пламени. Мандихор, пошатываясь, сделал шаг вперед, но навстречу ему подул могучий ветер, вздымающий тучи песка, и прямо перед ним из земли вырос темный торнадо.

Велиал снова крикнул что-то, но ветер унес его слова, и мандихор не услышал приказа. Джеймс стоял перед своим противником, раскинув руки в стороны, сжав кулаки; ветер и песок били ему в лицо, словно во время песчаной бури. Мандихор, сообразив, что царство теней обратилось против него, бессильно взвыл. Навстречу ему летели ветви, сорванные с деревьев ураганом; острые обломки костей, поднятые с земли, врезались в его тело, подобно кинжалам. Демон взвыл в последний раз, а потом черный смерч окружил его со всех сторон, обрушился на него, подмял под себя, сплющил и утащил за собой в песок.

Мандихор исчез. Джеймс разжал пальцы. Ветер утих, земля под ногами перестала дрожать, пыль осела. Он вытер с лица кровь и грязь, отчаянно озираясь по сторонам. Пейзаж изменился: дюны расступились, вокруг лежало довольно большое пустое пространство. Он увидел Корделию. Она неподвижно лежала на песке, и медно-рыжие волосы, рассыпавшиеся вокруг ее головы, напоминали кровавую лужу.

– Маргаритка, – хрипло выговорил Джеймс и хотел подойти к ней.