– Люба, – проговорил он торопливо в трубку, – нам необходимо встретиться как можно скорее.
– Что случилось? – забеспокоилась она.
– Ничего страшного. Но я должен поговорить с тобой немедленно!
– Я вообще-то работаю, – проговорила она нерешительно.
– Отпросись!
– Хорошо. Где встретимся?
– Давай у тебя дома.
– Хорошо, приезжай к десяти.
Подъехав к дому невесты и убедившись, что она еще не вернулась, Захар беспокойно расхаживал у крыльца.
– Чего ты снуешь, как челнок, – раздался у него за спиной голос Любы, которая выбежала из-за угла.
Он подхватил ее под руку, и они поднялись в квартиру.
Захар выложил невесте все. Умолчав, однако, о сексе с дочкой хозяина.
Люба, несмотря на то что обожала Толкиена, была девушкой благоразумной, поэтому, выслушав рассказ жениха, она сказала:
– Захар, по-моему, нам надо идти в полицию.
– Ты с ума сошла! – воскликнул он.
– Ничего подобного! – возразила она.
– Сама подумай, что это даст полиции? Они только посмеются над нами. В этой истории нет никакого ключа к убийству. Скорее всего это никак и не связано.
– Может, это и не связано. Но насчет того, что нет ключа, я не согласна!
Он усмехнулся.
– Нет, мы с тобой можем и не видеть этого пресловутого ключа, но у полиции мозги устроены по-другому.
– Как же, знаем, читали, серые клеточки, – хмыкнул он.
– Серые клеточки были у Пуаро, а он не полицейский, а частный детектив.
– Какая разница?
– Наверное, большая. Но мы все-таки должны пойти в полицию.
– Ни за что на свете! – воспротивился он.
Она задумалась, а потом радостно воскликнула:
– Я знаю, к кому мы пойдем!
– К кому?
– Ты говорил, что на фото была Шумская?
– Я не видел фотографий, я только слышал, как они об этом говорили.
– Не имеет значения, – отмахнулась Люба, – мы идем к Шумской!
– Ты точно сошла с ума! – уставился на нее Захар. – Подумай, кто такая Шумская? И кто мы?!
– Она – человек, и мы тоже люди.
– Люди верхом на блюде, – передразнил он, – да нас даже близко к ней не подпустят.
– Не подпустят, – была вынуждена грустно согласиться она.
Но тут же подпрыгнула на пуфике:
– Я придумала!
– Что ты еще придумала? – недоверчиво спросил он.
– Шумская – человек?
– Ну…
– А значит, у нее есть дом, в который она возвращается по вечерам.
– Она живет в охраняемом поселке.
– Ты знаешь, где?
Он кивнул.
– Мы будем ждать ее возле поселка.
– Охрана спустит на нас собак или вызовет полицию.
– Вот и хорошо! – вырвалось у девушки, но, поймав раздраженный взгляд жениха, она проговорила: – Мы будем ждать ее на подъезде к поселку.
– И что это даст? Машина пролетит стрелой. А мы останемся с носом.
– Не останемся.
– Люба, что ты еще придумала?
– У меня есть план, но я тебе его не скажу! – заявила она решительно.
– Как – не скажешь? – растерялся он от неожиданности.
– Так вот. Пойдем поедим в кафе, а ближе к вечеру поедем сторожить.
– Неохота мне в кафе, – пропыхтел он.
– Денег жалко на любимую девушку? – подколола она.
– Настроения нет.
– Ладно, тогда я что-нибудь приготовлю дома.
Он кивнул.
– Что ты хочешь?
– Мне все равно, что приготовишь, то и съем.
– Ладно, тогда иди пока в зал, не мешай мне.
– Можно, я лучше тут посижу? – просительно проговорил он.
– Ладно, – сиди, – сжалилась она, – но тогда будешь мне помогать.
– Буду, – кивнул он головой.
– Лук чистить.
– И лук буду.
Через десять минут Люба смотрела, как ее жених, обливаясь слезами, старательно чистит лук, и улыбалась.
В этот вечер им не удалось увидеть машину Шумской. Зато Люба сумела выведать у охраны, во сколько примерно она приезжает в обычные дни.
На следующий вечер они встретились в городе и покатили к перекрестку, через который нужно проехать Шумской, чтобы попасть домой.
Машины были страстью Глеба Земского, он знал все марки автомобилей местных знаменитостей и не раз рассказывал о них Захару, демонстрируя фотографии самых разных машин.
Тогда Захар слушал его из вежливости, а теперь полученные знания ему пригодились. Увидев машину Шумской издали, он проговорил с сарказмом:
– Вон летит ее иномарка, и что дальше?
Больше он ничего не успел сказать, Люба выскочила из машины и помчалась на дорогу.
Завопив благим матом, Захар кинулся за ней.
Но было поздно!
Закрыв глаза, он услышал, как завизжали тормоза, захлопали двери авто и послышался топот.
У Захара подкашивались ноги, он с трудом разлепил глаза, проклиная себя на чем свет стоит за то, что согласился на Любину авантюру, которая и стоила ей…
И тут он увидел живую и здоровую Любу, которая стояла с гордо поднятым подбородком. А над ней нависали два шкафа, которые поливали ее отборной руганью.
– Не смейте оскорблять мою девушку! – закричал Захар и с кулаками бросился на обидчиков.
– А это что еще за придурок? – спросил один шкаф другого и легонько щелкнул Захара, который тотчас отлетел метра на два.
– Не смейте бить моего жениха! – завопила Люба и, подбежав к толкнувшему Захара шкафу, забарабанила маленькими кулачками по его груди.
– Ну, цирк! – хмыкнул он, отстраняя девушку.
И тут из салона выбралась дама. Она подошла поближе и произнесла:
– Все! Все успокоились! Что за балаган вы устроили? – обратилась она то ли к девушке, то ли к своей охране.
