Тем временем, «фракиец» живо вскочил на ноги и вновь обрушился на Беторикса. Удар! Ох, этот кривой меч… словно турецкая сабля – опасен и непредсказуем. Хорошо хоть соперник попался… полнее предсказуемый. Но настырный!
Виталию, наконец, надоело играть с «врагом», словно кошка с мышкой, теперь нужно довести дело до конца, теперь – можно, ведь тысячи зрительских глаз прикованы именно к этой – последней! – паре. И там вот, на втором ряду – где женщины – одна такая… такая… ах, синеглазка! Или это просто кажется, что глаза у нее – как озера, синие? Ведь далековато же, не видно…
Бумм!!!
Пока Беторикс срывал аплодисменты зрителей, «фракиец» неожиданно нанес удар щитом, да с такой силой, что длинный меч «галла» едва не вылетел из руки. И снова удар – снова щитом, ум-боном…
Виталий отвлекся от зрителей, полностью сосредоточившись на «враге». Пора, пора уже было укоротить этого настырного парня.
Бьешь щитом? Ага… давай и дальше…
Только вот под легкий «фракийский» щит можно подставить тяжелый, «галльский». Вместо меча – тот уж слишком опасно, при известной ловкости умбоном запросто можно переломать клинок.
Бухх!!!
Вот это уж грохот!
А парняга-то не ожидал, опешил… И этого вполне хватило, чтобы выбить у него из руки меч. Мало того, следующим ударом массивного щита Виталий, словно бульдозер, опрокинул упрямого «фракийца» на землю!
Зрители загалдели, завыли… к ногам победителя упал цветок. Верно, его вырастили в теплице…
Подняв меч, Беторикс посмотрел на зрителей, встретившись на миг взглядом с той самой… синеглазкой… Или это снова так показалось?
– Жизнь, – подойдя ближе, негромко сказал распорядитель. – Ему подарили жизнь.
Услышав эти слова, Витали с облегчением перевел дух – слава богам, в этот раз не пришлось никого убивать! – и, убрав меч в ножны, склонился, подняв с земли цветок. Поцеловал в лепестки, поднял… вызвав целую бурю восторгов и женского визга. Говорят, когда-то так визжали на концертах «Битлов» или Элвиса. Ха! Куда там Элвису! Куда там «битлам»! Вот она – слава!
– Галльский Вепрь, благороднейшие дамы и господа! – распинался глашатай. – Галльский Вепрь! Запомните это имя.
– Ну, ладно, ладно, – похлопав Виталия по плечу, довольно ухмыльнулся ланиста, – ты, конечно, молодец, но оставь аплодисментов и на долю других победителей. Они ведь на тебя смотрят волками.
Ну, еще бы…
В синем, с белесыми прожилками облаков, небе ярко сияло солнце. Орали зрители. Яростной медью сверкали трубы. Одна из зрительниц от избытка эмоций даже лишилась чувств, и юные служанки размахивали над ней покрывалом.
Под грохот оваций победители, сняв шлемы, проходили по краю арены. И снова кричал глашатай:
– Галльский Вепрь, господа! Галльский Вепрь!
– Нет, все же, это вино не такое уж и хорошее, – подняв разлохмаченную голову, громко пожаловался Каруссул.
Обвел всех мутным взглядом, икнул и снова ушел в себя.
– Он прав, – согласно кивнул Поркус. – За такую цену винишко могло быть и получше! Обманул мерзкий трактирщик!
– А где брали, в «Ослице»? – заинтересованно спросил Капитон – тот самый упрямый парень, «фракиец», с которым Беторикс сражался в мунусе на Сатурналиях.
– Ха! В «Ослице»! – Поркус моргнул белесыми ресницами и потянулся к кружке. – Станет наш ланиста тратиться на «Ослицу». Нет, не такой это человек!
– Да уж, Теренций не мот.
– Жмот он, вот кто! – Поркус, похоже, не на шутку разозлился, еще бы, ведь нынче – а как раз был какой-то праздник – ланиста не отпустил его в ближайшую таверну, вообще никого не отпустил.
Вот Поросенок и злился.
– А ты что молчишь, Вепрь? – повернул голову Капитон.
Капитон (по-латыни «Упрямый») – это была кличка, на самом же деле парня звали Саркеат или что-то вроде, отец его – раб – был родом из Фракии, а, может, из Иллирии или еще откуда, Капитон на эти темы не распространялся, хотя, вообще-то, любил поболтать. Как и Каруссул – но тот сейчас спал, уронив голову на старый рассохшийся стол.
В его – Каруссула – комнате, расположенной на втором (привилегированном) этаже, гладиаторы сейчас и сидели, отмечали праздник, Беторикс уже давно забыл – какой. Да это было и не очень важно, ведь сейчас он мог собой гордиться – попасть в компанию местных звезд было очень и очень непросто для новичка, даже для такого опытного и закаленного, как Галльский Вепрь.
