Наверное, баба Дуня не ожидала его появления, потому что она отпрянула от тазика и взмахнула рукой, отгоняя, как ей показалось, наваждение. Но старик не исчез. Он превратился в живую плоть и грузно ухнул по другую сторону стола. Встав на ноги, оживший призрак вперил свой страшный огненный взгляд в старуху. Судя по шевелению его губ, он что-то говорил, но Глеб не слышал слов. Он так сильно был потрясен увиденным, что закричал от испуга, однако крик так и остался где-то у него внутри; Глеб онемел.
Тем временем баба Дуня пришла в себя от неожиданности и начала творить какие-то заклинания. Но старик лишь презрительно расхохотался. Прекратив смеяться, он набрал побольше воздуха и сильно дунул на старуху. Баба Дуня вмиг завяла – будто ее опалил космический холод. Закатив глаза, она медленно повалилась навзничь. И снова раздался дьявольский хохот старика.
Совсем обезумев от ужаса, Глеб попытался бежать. Но его ноги словно приросли к полу, и даже огромные усилия, которые он прилагал, позволили ему сдвинуться лишь немного в сторону, всего на несколько миллиметров.
Лучше бы он этого не делал. Страшный старик наконец заметил и Глеба. Он вперил в него безумные глаза и потянулся к нему своей огромной костистой рукой. Рука все удлинялась, удлинялась, вот она уже почти добралась до горла Глеба… и тут из оберега, с изображением неизвестного трехликого божества вырвался голубой луч. Он ударил по руке колдуна, как огненная плетка, вмиг превратив ее в черный тлеющий обрубок. Дикий вопль старика обрушил на голову Глеба потолочное перекрытие, которое тяжко придавило его к полу. Он начал задыхаться, попытался выбраться из-под завала… и проснулся весь в поту и с дикой головной болью.
Сна не было ни в одном глазу. Глеб подошел к окну, распахнул его настежь и шумно задышал полной грудью, стараясь восстановить душевное равновесие. Небо уже посветлело, и над горизонтом появилась оранжевая полоска – вот-вот должно было появиться солнце.
Снова кошмар… А ведь баба Дуня обещала, что избавит его от наваждений. Глеб неожиданно разозлился – за что заплатил пятьсот зеленых неубиенных енотов с изображением американского президента?! Нет, так дело не пойдет. «Поеду и выскажу бабе Дуне все, что я думаю о ее камлании!» – решил Глеб.
Быстро плеснув в лицо холодной водой, он оделся и, стараясь не разбудить отца, спустился в гараж. Мысль позавтракать даже не пришла ему в голову. Какая-то неведомая сила властно усадила Тихомирова-младшего за руль, и он выехал за ворота. Но перед этим Глеб решительно снял оберег с изображением трехликого божества и оставил его в гараже, повесив на крючок.
«Все, к бениной маме! Больше я к этому “подарочку” не прикоснусь, – поклялся Глеб. – Ведь знал же, знал, что с этим оберегом не все ладно, ан, нет, нацепил на шею. Хотел снять, да передумал… Почему? А фиг его знает. Идиот! Осел безмозглый! Съезжу к бабе Дуне, а затем… затем схожу в церковь. Грехи замолю. Их у меня хватает. Гляди, поможет».
Едва Глеб зашел во двор бабы Дуни, как к нему опрометью бросился ее черный котище. Тихомиров-младший даже шарахнулся в сторону от неожиданности – а ну как вцепится своими когтями! Но кот повел себя совсем иначе: начал ластиться, тереться о ноги, и, как показалось Глебу, стал настойчиво подталкивать его к двери избы, которая почему-то была полуоткрытой.
Обуреваемый нехорошими предчувствиями, Глеб вошел в избу – и застыл в изумлении. В избе все было перевернуто вверх дном – словно по ней прошелся ураган. А баба Дуня лежала возле стола и не подавала признаков жизни.
«Мать твою!.. – невольно выругался Глеб. – Что ж это творится?! Неужели к бабе Дуне забрались грабители?»
В его домыслах не было чересчур много фантазии. В последнее время по окраинам города начали рыскать наркоманы, которые грабили стариков и старух, отбирая у них пенсионные деньги – чтобы купить себе дозу наркоты. Иногда не обходилось и без членовредительства, а то и убийства. Похоже, и баба Дуня теперь попадет в милицейские сводки по этой статье.
Глеб подхватил легкое тело старухи на руки и положил на кровать. Баба Дуня застонала. «Жива! – обрадовался Глеб. – Нужно вызвать “Скорую”… Блин! Где моя мобила?!»
Отыскав в своих многочисленных карманах мобильник, Глеб набрал нужный номер и позвонил оператору «Скорой помощи». На удивление, приятный девичий голос пообещал, что машину прибудет в течение десяти минут.
Дожидаясь врачей, Глеб решал важную проблему: вызывать милицию или не стоит? Конечно, толку от этого будет мало – баба Дуня ведь не может выступить в качестве свидетеля. Пока не может; пощупав у нее пульс, Глеб убедился, что сердце старухи работает ровно, без сбоев, хотя и слабо. Значит, есть надежда…
