Зинаида Ивановна, мои соболезнования. Я сочувствую вам.
Держитесь. Если что-то нужно, вы скажите.
Спасибо, Юра. Мне звонили из полиции. Завтра с утра ко мне в офис приедет следователь. Давайте после обеда с вами встретимся. Я сама приеду к вам на Неглинную. Если можно, пригласите вашего друга Олега Мракова, хорошо? Это важно.
Хорошо. Во сколько вы подъедете?
В три часа дня вам удобно будет?
Да, конечно.
Спасибо, Юра. До завтра.
Зинаида Ивановна, я всегда на связи. До свидания. – Орлинский по её голосу понял, насколько сильно она взволнована и переживает.
Неужели жизнерадостный и успешный мужик в расцвете сил взял и просто выпрыгнул из окна? Он ведь ещё планировал и на съёмки фильма в Магадан полететь. Орлинский интуитивно понимал, что тут не всё так просто и что со смертью этого человека что-то начинается – и, скорее всего, небезопасное.
Он позвонил Мракову и попросил его приехать к нему в офис завтра в половину третьего. В подробности не вдавался, просто сказал, что по важному делу. Орлинский подозвал официанта, рассчитался, надел куртку и вышел из кафе. Домой шёл пешком. Когда подошёл к своему дому, появилось ощущение, что кто-то смотрит ему в спину. Он не стал оборачиваться, потому что точно знал, так оно и есть. Открыл дверь и вошел в подъезд.
На следующий день ровно в половину третьего Мраков сидел в офисе Орлинского, пил кофе и с кем-то яростно переписывался, стуча по экрану смартфона большими пальцами обеих рук. Юрия ещё не было. Он звонил Мракову и предупредил, что минут на десять опоздает из-за пробок.
Олег, привет! – Орлинский, как и обещал, прибыл через десять минут.
Привет, Юра! Сегодня о нашем проекте пошли сюжеты в новостях на центральных каналах. Подогреваем потихоньку, двигаемся вперёд!
Олег, слушай, сразу по теме. Руслан Петрович, коллега Зинаиды Ивановны, вчера покончил с собой. Или помогли. В общем, из окна выпал.
Орлинский налил себе кофе и сел в кресло напротив.
Ничего себе! – Мраков явно был ошарашен. – Чего это он? Слушай, так это на Кутузовском? В ленте новостей было сообщение, что некий бизнесмен покончил с собой. Ёлки-палки! Жаль мужика. В жизни бы на него не подумал, что он может так поступить. Вот бляха муха… Слушай, Юрец, а это на наш проект никак не повлияет? Он ведь тоже в этом деле не последний участник был…
Насчет этого не знаю. Время покажет. Но я почему-то уверен, что ему помогли. К трём часам подъедет Зинаида Ивановна, я думаю, у неё есть своё мнение. Она сегодня у следователя была. Давай кофе пить да ждать.
Через некоторое время дверь в кабинет открылась.
Здравствуйте, Юра. Здравствуйте, Олег! – на пороге стояла Зинаида Ивановна. Вид у неё был уставший, с такими печальными глазами друзья видели её впервые. Они встали и поздоровались. Она присела в кресло.
Рада вас видеть. Я немного устала. Сами понимаете. Юра, можно кофе?
Она положила руки перед собой на стол. Юра, Олег… Я хочу с вами поговорить не только как с партнёрами по проекту, но и как с людьми, которым я доверяю и верю. То, что произошло вчера с Русланом – это не самоубийство. Его убили, я в этом уверена. Почему я сразу пришла к вам? Сейчас я всё расскажу. Просто я очень устала и сильно волнуюсь.
Зинаида Ивановна, – спокойно глядя ей в глаза сказал Мраков, – мы понимаем вас и соболезнуем вам. Будьте уверены, что вы находитесь у друзей, и, если можно, постарайтесь успокоиться. Может вам капель каких или успокаивающее?
Нет, Олег, спасибо. Тут капли не помогут. Нужно просто собраться, что я и сделаю сейчас. – Она выпрямилась в кресле, посмотрела в глаза Мракову и затем перевела взгляд на Орлинского.
Помните тот день, когда мы с вами подписали контракт и отметили это дело в ресторане вашего друга? Так вот, на следующий день Руслан пришел ко мне в офис и начал говорить о том, как хорошо, что мы создали такую команду для реализации проекта, что очень ему понравились ребята – он вас имел в виду. Радовался и много говорил о том, что обязательно сам поедет на Колыму, чтобы лично увидеть, как снимается кино и по возможности полазить по сопкам и заброшенным штольням. Смеялся от души над предложением Юрия сняться в эпизодической роли. В общем, всё ему нравилось. Я видела, что он был искренен и доволен. Но как только стали выходить первые публикации и сюжеты о нашем проекте в прессе, я заметила, что он как-то озаботился и старался избегать разговоров о «Золоте Карамкена» и обо всём, что с этим связано, ссылаясь на занятость и проблемы по бизнесу. Но я точно знаю, являясь его партнёром, что никаких проблем у нас в компании нет и быть не может. Календарный год заканчивается, и у нас очень хорошие показатели. Возможно, изменения в его поведении начались и не из-за публикаций в прессе о проекте и это просто совпадение. Но то, что его что-то (или кто-то?) стало напрягать и действовать ему на нервы – это точно. Я знала его очень давно. Достаточно давно, чтобы делать такие выводы. И как сейчас выясняется, к сожалению, я не ошиблась.
