Безродные космополиты с еврейскими фамилиями, врачи-убийцы, писатели-евреи, скрывающие свои имена под псевдонимами, – всем им нашлось место в Гулаге и у расстрельной стенки. Однако Генералиссимусу этого было мало. Мстить так, чтобы правнуки запомнили, как Его обманывать! И, как апофеоз, выселение всех евреев в Сибирь. Министерство путей сообщения уже приступило к составлению графика перевозок.
За всей этой кутерьмой Сталин решил отложить смену руководства. Тюрьмы были полны, следователи заняты под завязку. Были сведения, что он говорил Вышинскому в феврале 1953 года о старых членах Политбюро: «Пускай поживут ещё пару лет». Таким образом, замысел Берии блестяще удался. Выбив основной «кирпич» в виде Израиля из основания «сталинского проекта», Лаврентий Павлович спас от расправы себя и других руководителей. Пока. Конечно, цена была чудовищной, но кто думал об этом после Второй мировой войны. Лес рубят, щепки летят.
Холодная война началась по-настоящему не в 1946 году, а в 1951 году в связи с поворотом Израиля на Запад, когда оба лагеря, капиталистический и социалистический, стали одновременно с обеих сторон закручивать гайки и болты железного занавеса. Всё это существенным образом накалило обстановку в Советском Союзе, но даже в этот период не арестовывали всех без разбору и не одни евреи были репрессированы. Наконец попал под раздачу бандит Абакумов, которого арестовали в 1951 году. Когда Сталину доложили, что он организовал в Москве двадцать (20!) частных борделей, а на вырученные деньги закупает предметы роскоши, вождь только резко провёл ладонью по горлу, и Абакумова не стало. Не тронули евреев, которые были особенно нужны СССР (например, писатели Эренбург и Пастернак, артист Райкин, член Политбюро Каганович, диктор Левитан и многие другие), также продолжали работать в органах и даже получали ордена евреи, внедрённые в международные сионистские организации (например, в «Джойнт»). Тем не менее необходимо признать, что антиеврейская шизофрения, начавшаяся как месть Сталина Израилю и быстро распространившаяся на бытовой уровень, принесла огромный вред всему советскому обществу.
5 марта 1953 года Сталин умер. Умер своей смертью или был отравлен? Здесь необходимо другое исследование. Приближалась реабилитация всех невинно осуждённых. Это время потом назовут «оттепелью».
Завидев директрису в коротком ярко-красном обтягивающем платье, в чёрных чулочках, с высокими сапогами на стройных ножках, Маров насторожился. Огромные глазищи смотрели на него, не мигая. Что-то просящее было в уголках губ, в улыбке, во всей фигурке. С этой женщиной достаточно было провести всего одну ночь, чтобы влипнуть по уши. За время своей работы в издательстве Александр навидался таких. Интеллигентные, воспитанные, некрасивые, но обаятельные, с неудавшейся личной жизнью, они ждали от каждой связи роковой любви. Мужчины легко их обманывали. Достаточно было вызвать жалость к себе по поводу неустроенности, мнимой или действительной опасности для жизни, болезни, как эти существа полностью растворялись в партнёре, считая своим долгом принадлежать ему без остатка и (вот ужас!) требуя того же от возлюбленного. Сбежать от них можно было, либо устроив грандиозный скандал, либо открыто изменив. Только тогда, оскорблённые в лучших чувствах, они давали себе слово не приближаться больше к мужчинам, однако проходило время, и, словно бабочки, летящие на огонь, они опять влюблялись. Но, что самое удивительное, Марова подобные отношения затягивали, словно омут. Приятно было, что о тебе заботятся, встречают, кормят, стирают бельё, кладут спать и помогают продрать глаза. Приятно, пока отношения не переходили в тотальный контроль и диктат. Тогда оставалось только брать ноги в руки и давать дёру. Совсем недавно Алекс с огромным трудом порвал с подобной дамой и ещё не остыл.
– Что-то не так? – Лилия интуитивно почувствовала его беспокойство. – Я сегодня встречаюсь со своими подругами. Девичник.
– Нет, всё нормально, – ответил Маров, забавляясь в душе. – Что-нибудь выяснили?
Чувствуя себя не слишком уютно под насмешливым взглядом ветерана, постоянно натягивая юбку на колени, директриса стала излагать.
– Мои друзья сообщили мне некоторые мнения и факты, которые заслуживают внимания.
Во-первых, история, которую вы рассказали, действительно произошла. Дневник подлинный. К сожалению, он не может пролить свет на то, где находятся эти монеты сейчас. Есть мнение, что они до сих пор хранятся в катакомбах Москвы. Возможно, есть и более точные координаты «золота Холокоста». По неподтверждённой информации, ещё один человек, который участвовал в налёте, оставил свои записи. Его фамилия Церетели. Он был убит в 1953 году, когда попытался защитить Берию. Но остался его сын, Шота. Живёт в Грузии, в Бакуриани.
