– Let unbind my hands, then I’ll get out.
– Чего молвишь? Громче сказывай, не понимаю!
– Вы русские? – перешел на понятную речь незнакомец. – Я связан и голоден. Я пленник. Буду очень благодарен, если поможете.
– Нужна лестница, – оглянулся по сторонам Зверев. – Трюм глубокий.
– Там, в углу, висела веревочная. Слева от вас.
– Ага, вижу… – Андрей спустился вниз, разрезал несчастному путы. – Пойдем наверх, тут дышать нечем.
– С большой радостью… – Пленник пиратов поднялся, добрел, покачиваясь, до лестницы, но подняться вслед за Зверевым не смог. – Damn it! Руки не слушаются. Затекли, даже не чувствую. Если позволите, я выберусь чуть попозже.
На приведение обоих кораблей в порядок ушло часа два. Обыскать трупы и раненых, выкинуть за борт. Сполоснуть палубу, пока кровь не запеклась, собрать броню и оружие, самим одеться полегче, без железа и поддоспешников. К окончанию хлопот из трюма, подобно призраку, явилось бледное видение: коротковолосый, с недельной небритостью на лице, тощий человек в белой сорочке с кружавчиками на груди, в суконных панталонах до колен и серых, замызганных гольфиках.
– Свят, свят, свят, – закрестились, глядя на это явление, холопы.
– Нет, – покачал головой незнакомец, – мое имя Мэтью Ро, сын сэра Ро, адмирала королевского флота. Старший помощник на торговой каракке «Флейта». Неделю назад мы были атакованы этими негодяями и захвачены. Капитан погиб, команда перебита, а за меня, узнав имя моего отца, негодяи решили потребовать выкуп. Простите мою слабость, они не кормили и не поили меня уже два дня.
По-русски англичанин говорил достаточно уверенно, хотя и глотал некоторые гласные.
– Потерпи еще часок, кавалер. Холопы найдут, куда здесь сложены припасы, и вы все вместе перекусите.
– На каравелле они лежат перед первым трюмом. Там, внизу, находится кухня.
– Коли ты все знаешь, можешь утолить голод сам, – пожал плечами князь Друцкий.
– Постой, – вскинул руку Зверев. – Если ты был старшим помощником, то ты должен знать, как управлять всей этой шаландой.
– Да, это нетрудно. Правда, мне кажется, у вас для нее слишком мало людей.
– Возьмем ушкуй на буксир, а людей переведем сюда, – предложил дядюшке Андрей. – Боюсь, Риусу с каравеллой не управиться. И кстати, наш верный Лучемир уже скрылся за горизонтом. Рыжий сможет довести нас до Любека сам?
– Я могу поискать в капитанской каюте, господа, – вызвался англичанин. – Там должны быть карты, лоции, навигационные инструменты…
– Мы шли из Стокгольма в Любек двое суток, – повернулся к нему Андрей. – Все, что нам нужно, – это определить нужный курс и снова пойти по нему. Расстояния тут маленькие, завтра в любом случае выйдем к берегу, там и разберемся, как к столице Ганзы лучше довернуть.
– Но людей для каравеллы у вас все равно мало, господа.
– А мы в Индию на ней не собираемся, мистер Ро, – кивнул англичанину Андрей. – Одни сутки как-нибудь управимся, а потом продадим по сходной цене и выберем что-нибудь попроще и побольше.
– Могу я узнать, с какой целью, господин… э-э?..
– Князь Андрей Сакульский к вашим услугам, – поклонился Зверев. – А это мой дядюшка, князь Юрий Друцкий. Мы бы хотели перевезти примерно полторы тысячи людей на расстояние около пятисот морских миль.
– Я бы посоветовал каракку. Прекрасное судно, вместительное, весьма ходкое и не столь сложное в управлении, как эта шлюпка. Однако, даже если идти без другого груза, втиснуть больше тысячи человек, хоть и на очень большой… Думаю, их потребуется два.
– У нас есть неф, – кивнул за борт Юрий Семенович. – Если добавить к нему самую большую каракку, что есть в Любеке, то места должно хватить. Ступайте, подкрепитесь, кавалер. Мы просим вас принять под командование это судно. А я, княже, вернусь на ушкуй. И Риус пусть там у руля останется. Буксир буксиром, а управлять кораблем всегда надобно. Мало ли чего?
После англичанина на еду потянуло и всех остальных. Пока бывший пленник изучал найденные книги и карты, щекотя себе за ухом гусиным пером, победители подкрепились, распив с дозволения Друцкого один на всех бочонок с кислым испанским вином и до упора набив животы копчеными колбасками. Затем поспускали паруса на обоих кораблях, влекомых по воле стихии, завели с кормы каравеллы на ушкуй два каната, после чего выбили из палубы абордажные мостики. Корабли, покачиваясь, начали расходиться.
– Я считаю, господин князь, – наконец решился англичанин, – дабы соотнестись с возможностями команды, мы поднимем только два паруса. Наиболее удобный курс из Стокгольма к Любеку – зюйд-вест-вест. На него и ляжем.
Невероятно, но вскоре после рассвета два связанных канатами корабля вышли точнехонько к гавани Любека, сразу узнанной капитаном Мэтью Ро по остроконечным шпилям соборов, похожим друг на друга, как близнецы: зеленая игла на красной квадратной подставке. Андрей же без труда опознал покачивающийся на рейде неф, выбросивший в море три якоря[40 – Число якорей на нефах достигало семи.].
– Сможешь встать рядом с ним? – указал на свое недавнее приобретение князь Сакульский.
