– Мам, но ведь не везде же так. Но пока рано это все обсуждать. Ты посидишь с Мишей? Я схожу в магазин и за газетами.
– Конечно, дочь, иди.
Екатерина Сергеевна подхватила стопку ползунков и убрала в шкаф. Потом прошла в прихожую, проводила дочь, заперла дверь и отправилась готовить обед.
Вероника спустилась к почтовым ящикам, отперла нужную дверцу и извлекла рекламные листовки, две квитанции, газету и конверт.
«Настоящее письмо?! – промелькнула мысль. – Я думала, что сейчас только налоговые и пенсионные службы такие рассылают. Интересно».
Перевернув конверт, молодая женщина обнаружила, что письмо адресовано ей; судя по дате, пролежало послание в почтовом ящике неделю.
«Они что, вообще почту не проверяют? Что-то никак не пойму ничего. Кто такой Шеренгерин, который мне написал. Ошиблись? Хотя нет, здесь вписана моя девичья фамилия».
Вероника вышла из подъезда, села на лавочку и вскрыла конверт. На колени ей упал исписанный мелким разборчивым почерком тетрадный лист. Молодая женщина осторожно развернула его и, прикусив нижнюю губу, прочитала:
