– Открою тебе секрет, – заговорил уже сэр Гаррис, – что ты был бы принят в гвардию, если бы тоже поддержал своих товарищей по оружию. В будущем сражении это спасло бы ваш отряд. Тогда всех вас можно было бы принимать без опаски, и в гвардии стало бы триста человек и один, а не триста. Такие исключения допускались в прошлом. Но с тобой… Считай, враг нас уже заранее разбил. А теперь, Гиверис, первый сын Вандариса, сдай гвардейский меч и покинь сей священный зал, ибо ты более не вправе тут находиться!
Делать Гиверису было нечего. Он смерил нехорошим взглядом сначала Йеда, а затем и Киреана. Подойдя ко столу, со звоном бросил меч в позолочённых ножнах в общую кучу, после чего скрылся на винтовой лестнице. Ни единого слова так и не обронив.
Когда же он исчез, командующий Гаррис вновь надел свой шлем с давновым гребнем и вытянулся по струнке.
– Гвардейцы!! Слушай мою команду! Мечи – рразобрать!
Йед забрал тот самый меч, что только что держал Гиверис. Он с восхищением разглядывал витиеватые золотые узоры на ножнах и рукоять с благородно выгнутой гардой.
Чья–то рука вдруг опустилась ему на плечо.
– Хочешь знать, что я обо всём этом думаю? – спросил Мерон. – Не знаю как, но тебе только что удалось покорить саму судьбу!
Йед задумался, рассматривая кромку блестящего лезвия.
– Судьбу?… А может ты и прав? Знаешь, многие дают своему мечу имя. Именно так я его и назову. Судьба.
«Даже безмозглый баран, бьющийся лбом о скалу, станет народным героем, если ему всё же удастся эту скалу опрокинуть!»
– Сир Киреан! – воскликнул Йед. – Перед тем как уйти, Мерон произнёс весьма загадочно, что вернётся с компанией, но я и подумать не мог… То есть… Я никак не думал, что сам принц Изерры не побрезгует посетить место вроде этого…
– Королевские гвардейцы не носят знаков отличия, – улыбнулся Киреан. – Кроме, пожалуй, командующего Гарриса с его роскошным шлемом…
Он вдруг опасливо огляделся.
– Только не называй меня больше «принц». А иначе я продолжу звать тебя «деревенщиной»!
Йед не вполне понял, что имел ввиду Киреан: то ли он опасается, что весь кабацкий сброд узнает о его происхождении, то ли просто хочет, чтобы Йед вёл себя с ним проще. Зная горделивый характер принца, Йед склонился бы к первому. Только вот привычной брезгливо–надменной маски на лице Киреана больше не было.
– Вот как… Выходит, ты пришёл просто выпить в нашей компании?
Йед намеренно обратился к нему на «ты», чтобы уяснить его настроение.
– Совершенно верно! – беззаботно кивнул Киреан.
Он сел за стол рядом с Мероном, который уже где–то добыл три больших кружки.
– Неумеренность конечно грех, – лукаво улыбнулся тот, – но что родится от воздержания?…
Киреан при одном виде содержимого только поморщился.
– У нас в Изерре обычно пьют клярз, то ещё пойло из лошадиного молока. Но эта ослиная моча, которую вы зовёте «пивом», не сравнится даже с ним. Да разве можно отмечать такое событие с
Он обернулся обратно к Йеду. На лице его светилась счастливая улыбка.
– По недоумению вижу, – сказал он, – ты удивлён, с чего это я сейчас такой весёлый?
– Ты обычно более… сдержан, – подтвердил Йед. – Хотя нам всем сейчас положено веселиться. Особенно мне… Кстати, я же ещё тебя не отблагодарил! Без твоей помощи мне бы не удалось ничего не добиться. И ты ради меня рискнул местом в гвардии… Я в долгу перед тобой.
– Ловлю на слове, – хитро улыбнулся Киреан. – Правда, рискнул я не совсем ради тебя. Мотивы мои были несколько… эгоистичными. Представь, всего за несколько дней я сумел вылепить из деревенского мужлана вполне приличного фехтовальщика. И как приятно было смотреть, когда в поединке ты едва не уделал самого сэра Гарриса! Словно я сам его тогда уделал. А в тот миг, как из руки у тебя выпал серебряный шар, меня это порядком огорошило. Получалось, что все мои труды пропадали даром из–за какой–то глупой железяки. А я совсем не люблю, если начатое дело не доведено до результата! И вот ты, Мерон, подкинул мне прекрасную идею. Не стану утверждать, что я заранее предвидел, как всё обернётся, но устроить где–нибудь маленький бунт – это мне всегда по душе! В разумных пределах, конечно.
Йед задумался.
– Значит, ты не боишься рисковать. Помнишь, ты говорил, что в бою я слишком озабочен защитой? Теперь я понимаю: это оттого, что сам я риска боялся. Но из твоих уроков я извлёк, что без риска победа невозможна, и только потому сумел выстоять против самого командующего!
– Без риска победа невозможна?… – задумался Киреан. – Наверное, так и есть… Правильно подмечено! Впрочем, я о другом начал говорить. Так вот, догадываешься ли ты, почему я вообще решил поступать на службу в королевскую гвардию?
– Честно признаюсь, что для меня это в какой–то степени загадка, – ответил Йед. – Зачем людям столь высокого происхождения идти в гвардию короля? Неужели её престиж настолько высок?
