Местное светило уверенно катилось к горизонту, и чем ниже оно опускалось, тем холоднее становился воздух. Твари, днем разрывавшие тишину своими скрипучими воплями, умолкли. Им на смену вот-вот должны были прийти те, кто прячется в тумане. А Соня там одна сидит, пусть и корабль рядом, но все же… Еще и не ест наверняка, их ждет. Двух балбесов великовозрастных, которым вдруг кулаками помахать приспичило. И языками бессмысленно почесать. Не доказать ведь ему ничего, такие пока на собственной шкуре не почувствуют, и не поймут ничего.
– Я выполнял приказ! – повторил Эрик упрямо, но Лиам его уже не слушал.
– Я понял. Пойдем уже, там Соня…
– Приказ! Это мой долг!
Лиам отвернулся и направился к кораблю, оставляя Эрика за спиной. Уговаривать и убеждать… Не его это. Он попытался донести свою точку зрения в основном для того, чтобы Эрик перестал сверлить его спину ненавидящим взглядом. Спасать души Лиам не нанимался, хочется объекту Два-Шесть верить в непогрешимость Империи Пхенг – пусть верит. Лишь бы в момент опасности в спину не ударил, остальное можно пережить.
Соню он увидел сразу, как обогнул корабль – та забралась на криво уткнувшийся в землю трап и сидела у самого шлюза, на верхней ступеньке, привалившись боком к прохладному металлу обшивки. Разрывы в кроне, оставленные катером при падении, неожиданно быстро затянулись, и без солнца металл не нагревался даже за целый день.
– Эй, принцесса, еще не все съела?
Соня тут же подняла голову, уставилась на него расширенными в испуге глазами, а Лиам запоздало вспомнил, в каком он сейчас виде. Красавец, чтоб его, покоритель женских сердец. С помятой окровавленной физиономией и в потрепанном комбезе.
Он уже с мрачной обреченностью думал, как успокаивать женскую истерику, если и Эрик вид имел такой же побитый жизнью – и чьими-то кулаками, но тут Соня приятно его удивила. Она робко улыбнулась и подняла руку с зажатыми в ней “шампурами”.
– Не все. Только кусочек попробовала, ма-аленький… – она смутилась, и щеки ее окрасились нежным румянцем. – Вкусно.
Ныл бок, намекая, что портативный диагност и пара ампул чего-нибудь убойного будут не лишними, саднила разбитая скула, мимо проскользнул мрачный, как теория пульсирующей вселенной, Эрик… А Лиам, сидя на задворках обитаемой Галактики без надежды отсюда выбраться, был рад, как никогда в жизни.
Она его похвалила.
Не его, шашлык, но все же… Он был счастлив, как дурак, и очень хотелось длить и длить это состояние, но здравый смысл все же смог пробиться через розовый туман, окутавший его мозг:
– Рад, что туземная кухня пришлась тебе по вкусу, принцесса. Но ужинать лучше на камбузе. Вечереет, скоро опять туман поднимется. Пойдем лучше внутрь…
Соня Белозерова
Лежа на узкой койке единственной каюты нашего катера, я прислушиваюсь. Непривычная тишина без обычных технических шумов нервирует. В целях экономии Лиам отключил почти все системы кроме связи и очистки воды. Местная была неопасна, но имела странный запах и цвет… На вкус никто ее попробовать так и не решился.
Я пытаюсь убедить себя, что это такой новый опыт. Приключение. Квест, как в игре. Исследовать новый мир, добыть пищу, приготовить ее на огне, который сначала надо развести с помощью подручных средств…
Такой экстрим-тур на несколько дней был бы популярен.
Я даже начинаю прикидывать, как бы можно было все организовать, старательно не обращая внимания на мысль, что для меня это все не игра и не организованный с максимальной безопасностью для клиентов курорт. Не прилетит через несколько дней звездолет туроператора, чтобы забрать меня обратно в цивилизацию, к горячей воде, мягким кроватям и галасети.
Кручусь на узкой койке, пытаясь найти удобное положение. Сон не идет, хотя казалось, что я устала… Но стоит закрыть глаза, как под веками начинают мелькать события этого долгого дня, и всех предыдущих. И я вновь таращусь в потолок.
Лежать становится совершенно невозможно. Днем было легче, у меня была хотя бы иллюзия осмысленной деятельности… Хотя анализатор, похожий больше на грубую детскую игрушку, чем на точный и высокотехнологичный прибор, был выдан мне исключительно, чтобы я не маялась бездельем и не накручивала сама себя.
Сработало. Осторожно брать пробы местной флоры и исследовать ее на опасность для гуманоидов, было интересно. Разделывать местного обитателя водоема – противно, но опять-таки интересно, есть свежепожаренное мясо, пусть приправленное ароматизатором из безжалостно выпотрошенной упаковки с пищевыми концентратами – интересно и вкусно.
И только драка, в которую вылился конфликт на пустом месте, не давала мне покоя. Как и намек Эрика на Белое крыло… То самое, которым уже много лет бессменно руководит мой отец. Меня не посвящали в дела крыла, отец своим преемником всегда видел Александра, старшего сына. Я же была перспективной инвестицией, средством получить определенные преференции…
Мыли эти неприятны, отдают тухлятиной, и я не выдерживаю, встаю. Дежурное освещение не дает возможности читать, а вот одеться, не натыкаясь на углы – вполне.
