Свист наблюдателя заставил всех посмотреть наверх.
– Корабль! – вскрикнул Дрейк. – Захватим его!
Они окружили вражеский корабль. На его мачтах развевалось около дюжины белых флагов.
– Здесь что-то не так, – засомневался капитан.
– Возможно, – ответил Эван. – Есть только один способ выяснить это.
Подойдя к кораблю поближе, они обратились к нему широким бортом и направили на него пушки. Команда незнакомого судна спустила на воду лодку, которая поплыла навстречу их фрегату.
– Я Гийом Ле Тестю, служу Франции, – закричал из лодки худой человек.
– Француз? – переспросил Дрейк.
– Такой же пират, как и мы, – прошептал Эван. – Фрэнсис, он послан нам в ответ на наши молитвы.
Так все и вышло. Ле Тестю и еще семьдесят человек, находившихся под его командой и уже очень долгое время голодавших без пищи и воды, упали на колени и с огромной благодарностью приняли предложенное Дрейком продовольствие. Французы набросились на воду и солонину. Их капитан, шатающийся от слабости, преподнес в дар Дрейку позолоченную турецкую саблю.
– Она принадлежала адмиралу Гаспару де Колиньи. Я почел бы за честь, если бы вы приняли ее.
– Это я почту за честь получить такой подарок.
Глаза Фрэнсиса сияли. Колиньи был известным протестантам, чьи убеждения знала вся Англия.
Дрейк и Эван подождали, пока Ле Тестю утолит голод и жажду. Наконец он вытер губы.
– Я мореплаватель. Могу прокладывать курс и водить корабли, – сказал он. – Ненавижу испанцев и их церковь.
– Вы гугенот? – спросил его Эван.
– Да, – темная тень пробежала по'лицу француза. – Вы что, не слышали?
– Не слышали о чем?
– Прошлым августом, в праздник Святого Варфоломея, французская королева Екатерина Медичи, эта побитая оспой потаскушка, подстроила убийство адмирала де Колиньи. Убийство было совершено ее приспешниками, правоверными католиками, но в рядах их началась паника, – Ле Тестю с трудом перевел дух. – Тысячи гугенотов пали в ту ночь от рук убийц. Мужчины, женщины, дети. Слепая ненависть торжествовала. По улицам текла кровь невинных.
Это известие оказалось для англичан тяжелым ударом. В ужасе и недоумении смотрели они на Ле Тестю. Тот горестно кивнул.
– Испанская нетерпимость распространяется, как чума. Кто знает, где в другой раз протестанты падут жертвой фанатизма?
– Так вы ищете в Новом Свете безопасное убежище? – спросил Дрейк.
– Да, но еще мы хотим отомстить испанцам, – Ле Тестю вздохнул. – Нам удалось захватить кое-что, но несколько недель назад удача покинула нас.
– Она снова вернулась к вам, – губы Дрейка тронула зловещая улыбка. – Присоединяйтесь к нам, капитан, и мы покажем, как мстят протестанты.
В новый поход отправились двадцать гугенотов, пятнадцать англичан и Рико со своими воинами. Они спрятали захваченный испанский фрегат, а сами на двух баркасах двинулись вверх по реке. Шесть человек с несколькими лодками остались ждать их возвращения, найдя себе убежище на поросшем камышом берегу.
– Дайте нам четыре дня, и мы вернемся богачами, – заявил Дрейк, не обращая внимания на хлещущий дождь, который превратил лес в непролазное болото. Промокший до нитки, с прилипшими ко лбу мокрыми рыжими волосами, в хлюпающих от воды сапогах, он потряс кулаком в воздухе.
Возглавляемые кимарунами, они пробивались сквозь джунгли к ведущему в город караванному пути. Прошло еще много времени, прежде чем к естественным звукам жизни и плеску воды на реке добавились звуки, свидетельствующие о близости человеческого жилья: стук молотков, визг веревок, трущихся на лебедке, скрип такелажа, крики портовых грузчиков. С первыми проблесками зари дождь прекратился, и Эван увидел вдалеке башни Номбре-де-Диоса.
– Они готовят к отплытию флот для перевозки сокровищ, – сказал он Дрейку.
– Да, бедняжки. После того как мы расправимся с ними, им он уже не понадобится.
Рико спрыгнул с высокого дерева, на котором он наблюдал за дорогой.
– Караван идет со стороны Вента-Круса. По-моему, примерно двести животных и сорок пять солдат.
Услышав эту новость, на мгновение все застыли. Все как один жаждали неминуемой схватки.
– На этот раз никаких промахов! – приказал Дрейк. – Чтобы ничего подобного тому, что произошло в прошлый раз, не было.
Вспомнив об инциденте, учиненном подвыпившим Пайком, все энергично закивали.
– Зарядить мушкеты, приготовить луки и стрелы, – приказал Фрэнсис. – И, ради Бога, если вам дороги ваши бессмертные души, ждите сигнала.
Ожидание казалось бесконечным. В качестве оружия Эван выбрал себе длинный лук, которым все уэльсцы пользовались очень умело. Нервы его были натянуты, как тетива. Он был возбужден, все чувства обострились, решимость переполняла его.
Наконец появился караван. Животные и люди двигались медленно и тяжело. Дрейк пропустил головной отряд, и из своего укрытия Эван видел погонщиков мулов и сопровождающих их солдат, еле волочивших ноги. Он знал, что караван шел всю ночь, что люди устали и с нетерпением ждали конца путешествия. Ну что ж, он наступит раньше, чем они ожидают.