Они покинули студию и отправились прямиком на Лос-Анджелесскую базу ВВС. Бесси поместили в изолированную комнату ожидания с двумя караульными у дверей, а Дэррила отвели на встречу с командующим базой. Бесси медленно, преодолевая боль, опустилась на деревянное сиденье и взяла со стола журнал – но буквы оказались слишком мелкие, чтобы она могла их читать.
Наконец, агент Хадкинс вернулся.
– Всё хорошо, мэм, – сказал он. – Всё улажено. Прошу прощения, что приходится совершать два перелёта в один день.
– Да ничего, – ответила Бесси. – Мне ведь всё равно нужно вернуться к сыну.
– Точно, мэм. Ну так что, идём?
Дженис лежала на кровати в гостевой спальне, свернувшись клубком и закрыв глаза, и думала о том, что она сделала. Часть её была в восторге от того, что она бросила Тони. Другая часть была в ужасе от того, что несёт ей будущее.
И, конечно же, были ещё воспоминания о том, как умер Джош Латимер. Они были по-прежнему яркие, но уже не
– Джен? – голос Эрика, едва громче шёпота – таким обычно проверяют, спишь ли ты.
Она открыла глаза. Его силуэт вырисовывался на фоне дверного проёма: худой лысый мужчина, опершийся на косяк.
– Хмммм? – сказала она.
– Звонил доктор Гриффин. В четыре будет пресс-конференция о состоянии Джеррисона. Он хочет, чтобы я участвовал.
– Э-э… о’кей.
– Ты не хочешь пойти?
– А это надолго?
– Возможно, на пару часов. Он хочет, чтобы мы решили, что собираемся сказать, прежде чем выходить к репортёрам.
Она не участвовала в той операции.
– Я могу остаться здесь?
– Конечно, – и, хотя он этого не сказал, она услышала в его тоне, и была за это благодарна: «Сколько захочешь».
– Спасибо, – сказала она.
– Ну тогда я пошёл. Пошарь в холодильнике. Ты любишь китайскую кухню. – Они никогда ему об этом не говорила, но он знал. – Там должна ещё остаться курица гунбао.
– Спасибо.
Джен услышала, как он выходит из квартиры. Она полежала ещё немного, обняв себя за колени, но в конце концов всё же встала и вышла из спальни Квентина в гостиную.
Мебель была лучше, чем вся, что у неё когда-либо была; в её квартире всё называлось по имени какого-нибудь шведского озера или реки и собиралось с помощью шестигранного ключа. Но эта мебель – кофейный столик, книжные полки, комод, сделанные, как ей показалось, из вишнёвого дерева – выглядела
Помимо многочисленных книг в твёрдой обложке – роскошь, которую Тони ей никогда не позволял – книжные полки занимали всякие безделушки: вырезанная из мыльного камня птица эскимосской работы, перьевая ручка, бронзовый медальон с выгравированным на нём словом «Чамп», белая мраморная шахматная фигура. За каждой из них, несомненно, стояла целая история, это были подарки на память, сувениры – но для неё они не значили ничего.
Но кроме Эрика эти истории знал и мог рассказать ещё один человек: Никки Ван Хаузен.
Фамилия достаточно редкая, подумала Джен, хотя если она замужем, то в телефонной книге наверняка будет стоять имя мужа.
Джен шумно выдохнула.
Она зашла в кабинет Эрика. Его «Макбук-Эйр», включённый и с открытым браузером «Сафари», стоял на покрытом стеклом столе. Она вбила «Ники Ван Хаузен» в строку поиска Гугла, но он нашёл слишком много совпадений. Однако добавление слова «недвижимость» сделало дело, тем более что Гугл предложил поправить написание имени: нашёлся её веб-сайт и даже, к удивлению Джен, статья в сегодняшней утренней «Вашингтон Пост». Узнав о случившейся в «Лютере Терри» сцепке памяти, сообразительный репортёр взял у Никки интервью, посколько она помнила операцию над президентом так же хорошо и подробно, как и сам Эрик.
Её веб-сайт – предлагавший «всего 2% комиссии» и «бесплатную оценку стоимости» – дал номер её телефона. Джен взяла трубку, но потом положила её обратно; она не хотела, чтобы её звонок был как-то связан с Эриком. Она прошла в мраморную прихожую, отыскала свою сумку, достала из неё сотовый телефон – и увидела четыре голосовых сообщения от Тони. Она содрогнулась, убрала их с экрана и набрала номер.
– Агентство недвижимости Никки Ван Хаузен, – ответил бойкий голос.
– Это… – чёрт, она же до сих пор не знает, мисс она или миссис. – Э-э… это Никки?
– Она самая.
– Никки, это Дженис Фалькони.
На три или четыре секунды повисла пауза.
– Ох.
– Мне нужно с вами поговорить, – сказала Джен.
– О чём?
Теперь очередь Джен колебаться.
– О доступе к памяти Эрика.
– Послушайте, если вы о статье, то я не…
– Нет, нет. Мне нет дела до статьи; мне неважно, что вы знаете
– Гмм… Хорошо. Может быть.
