— Ага! — сказал Зеллаби. — Вот мы и подходим вплотную к загадочному интересу Милитари Интеллидженс ко всему этому делу.
— Теперь не вижу причин, почему бы не открыть его вам. Я знаю, что раньше вы не пытались вмешиваться в наши дела и выспрашивать о наших интересах. Вы, конечно, много думали об этом, но не уверен, что вы нашли разгадку.
— А какова она? — поинтересовался Зеллаби.
— Просто-напросто Мидвич был не единственным местом, где случился Потерянный День. В течение трех недель было зафиксировано еще несколько неопознанных летательных объектов.
— О проклятие! Тщетно, все тщетно! — воскликнул Зеллаби. — И где же тогда остальные группы Детей? Где?
Но Бернард не торопился. Он намеренно спокойно продолжал:
— День имел место в небольшом городке на севере Австралии. Там тоже что-то произошло. Было тридцать три беременности, но по какой-то причине все Дети умерли. Большинство через несколько часов после рождения, другие через неделю. Еще один День был в эскимосском поселке на острове Виктория, севернее Канады. Население скрывает, что произошло, но, вероятно, они был и так разъярены и напуганы появлением малышей, непохожих на них, что погубили их сразу. Во всяком случае, ни один не выжил. И это, между прочим, было время, когда Дети заставили своих мам вернуться в Мидвич. По-видимому, сила внушения развивается, когда Детям уже несколько недель. Еще один День…
Зеллаби поднял руку.
— Постойте, дайте мне самому догадаться. Это где-то за «железным занавесом»?
— Там известны два случая, — подтвердил Бернард. — Один в районе Иркутска, недалеко от монгольской границы. Они решили, что женщины спали с дьяволом и погубили и их и Детей. Другой День произошел совсем на востоке, в местечке Гежинск, в горах к северо-востоку от Охотска. Могут быть и другие случаи, о которых мы не слышали. Совершенно точно, что это случилось где-то в Африке и Южной Америке, но проверить это трудно. Население очень скрытное. Есть даже предположение, что какая-нибудь деревня потеряла День и даже не знала об этом, — в таком случае Дети будут еще большей загадкой. В большинстве случаев, о которых мы знаем, Детей считали уродами и убивали, но мы подозреваем, что в некоторых местах их спрятали…
— Но не в Гежинске? — вставил Зеллаби.
Бернард посмотрел на него с легкой усмешкой в уголках губ.
— У вас хорошая интуиция. Вы правы, не в Гежинске. День прошел за неделю до событий в Мидвиче. Через три-четыре дня мы узнали об этом. Русские были очень обеспокоены. Когда у нас произошло тоже самое, мы утешали себя хотя бы тем, что это не их рук дело. Они, в свою очередь, через некоторое время узнали о Мидвиче и тоже немного успокоились. Все время наш агент следил за Гежинском и слал донесения. Он нам и сообщил, что через некоторое время все женщины там оказались беременными. Сначала мы не уловили в этом никакого предупреждения себе, но затем обнаружили такое же положение дел в Мидвиче и начали все более интересоваться этим. Когда родились Дети, ситуация для нас была более легкой, чем для русских. Они, фактически, закрыли Гежинск, в два раза превышающий Мидвич, и наша информированность уменьшилась. Мы же не могли совершенно закрыть Мидвич, поэтому стали действовать иначе, и, думаю, нам это удалось.
Зеллаби кивнул.
— Понятно. Вы толком не знали, ни что у вас, ни что у русских. Но если бы выяснилось, что русские имеют группу потенциальных гениев, для нас было бы полезно иметь такую же группу в противовес им? Не так ли?
— Более или менее. Очень скоро стало известно, что у них есть что-то необычное.
— Я должен был предвидеть это, — сказал Зеллаби. Он грустно усмехнулся. — Мне просто не приходило в голову, что Мидвич не единственное место в своем роде. Теперь-то я вижу, что вы имели право так к нам относиться. Что же произошло в Гежинске, раз наши Дети ополчились на нас?
Бернард аккуратно положил на тарелку свой нож и вилку; несколько секунд разглядывал их и затем посмотрел на нас.
— Дальневосточная армия, — медленно проговорил он, — была недавно снабжена новым атомным оружием с радиусом действия в сорок-пятьдесят миль. На прошлой неделе они проводили первое испытание — города Гежинска больше не существует.
Мы уставились на него. С ужасом Анжела подалась вперед:
— Вы имеете в виду, что все… там?.. — сказала она с недоверием.
Бернард кивнул.
— Все. Весь город. Никто не мог быть предупрежден, чтобы Дети не узнали. Кроме того, сработано все так, что официально это можно определить как ошибку в вычислениях или как диверсию.
Он помолчал.