Робот слегка встрепенулся. Помутневший глаз его ожил, заблестел, взгляд вновь стал осмысленным. Подняв руку, робот неторопливо ощупал поврежденный корпус и плечи.
– Ну как? Порядок? – прохрипел Эпплквист.
– Очевидно, да.
Голос робота налился силой, зазвучал куда увереннее, громче, чем накануне.
– Старый источник питания практически вышел из строя. К счастью, твое появление оказалось весьма своевременным.
– Вчера ты рассказывал, что люди жили в городах, – не тратя времени даром, заговорил Эпплквист, – а работали за них роботы, так?
– Роботы взяли на себя рутинный труд, необходимый для поддержания системы производства. У людей появился досуг, свободное время для любых человеческих радостей, какие кому по душе. Мы, со своей стороны, были рады избавить их от тяжелой, скучной работы. В конце концов, для того нас и создали, чтоб служить людям.
– И что же случилось? Отчего все это пошло прахом?
Приняв принесенные Эпплквистом карандаш и бумагу, робот начал покрывать листок аккуратными строками чисел.
– Среди людей, – отвечал он, – объявилась группа фанатиков. Организация религиозного толка. Ее сторонники утверждали, что Господь предписал человеку трудиться в поте лица, и потому роботов надлежит отправить на слом, а людей вернуть в прежнее состояние. К изнурительному рабству на заводах и фабриках.
– Но для чего?
– Они полагали, что труд духовно облагораживает, – пояснил робот, бросив исписанный листок Эпплквисту. – Вот список необходимых инструментов и материалов. Все это позволит мне устранить повреждения.
Эпплквист нерешительно повертел список в руках.
– И эта религиозная группа…
– Со временем все человечество раскололось на две враждебные фракции. На моралистов и празднолюбцев. Долгие годы они воевали друг с другом, а мы стояли в сторонке, ожидая, чем для нас все это кончится. Я и поверить не мог, что моралисты победят – вопреки всякому здравому смыслу… однако они победили.
– А как по-твоему, – начал было Эпплквист, но тут же, невольно осекшись, умолк. Вертевшаяся в голове мысль казалась настолько смелой, несбыточной, что высказать ее вслух стоило немалых трудов. – Как по-твоему, нельзя ли… вернуть нам, людям, роботов?
Робот, с треском переломив карандаш пополам, отбросил обломки в траву.
– Смысл вопроса слишком туманен. Уточни, к чему ты ведешь.
– Понимаешь, житье в Компаниях – вовсе не сахар. Высокая смертность, тяжелый труд. Бумаги, интриги, жесткое расписание, ни шагу в сторону…
– Так уж устроено ваше общество. За это я не в ответе.
– Скажи, хорошо ли ты разбираешься в устройстве роботов? Много ли о нем помнишь? Кем ты был до войны?
– До войны? Контролером производства. Летел на резервную фабрику, но в пути мой корабль сбили. Вот, – пояснил робот, указав на россыпь обломков вокруг. – Вот все, что осталось от корабля и от груза.
– Что значит «контролер производства»?
– Я отвечал за изготовление роботов. Конструировал и запускал в производство базовые модели.
У Эпплквиста закружилась голова.
– То есть в устройстве роботов разбираешься?
– Да, – подтвердил робот и красноречиво кивнул на список в руке Эпплквиста. – Будь добр, принеси все эти инструменты и материалы как можно скорее. В текущем состоянии я совершенно беспомощен и очень хотел бы вернуть себе способность к передвижению. Если меня заметят с пролетающего мимо ракетного корабля…
– Вряд ли: сообщение между Компаниями никуда не годится. Я вот вообще ношу письма пешком. Бо2льшая часть страны в развалинах. Работай спокойно, никто тебя не заметит. Кстати, а что с твоей резервной фабрикой? Может, она уцелела?
Робот неторопливо кивнул.
– Не исключено: замаскирована она была превосходно. И хоть невелика, укомплектована всем необходимым. Полностью автономна.
– И если я раздобуду тебе запчасти, ты сможешь…
Робот откинулся на спину.
– Это обсудим позже. Продолжим разговор после твоего возвращения.
По счастью, Дженкинс сумел раздобыть и инструменты, и материалы, и сверх того оформил Эпплквисту увольнительную на двадцать четыре часа. Присев на корточки у подножия склона лощины, Эпплквист, точно завороженный, глядел, как робот методически разбирает собственное тело на части и заменяет поврежденные элементы один за другим. Спустя около трех часов робот закончил сборку новой системы двигателей, подключил к ней телескопические опоры ног и к полудню уже вовсю экспериментировал с подвижностью ступней.
– Ночью, – сообщил робот, – мне удалось выйти на связь с резервной фабрикой. Качество сигнала оставляло желать много лучшего, но, по словам робота-дежурного, фабрика уцелела.
– Робота? То есть…
– Машины. По сути, автоматического ретранслятора. Неживого… в отличие от меня. Я, строго говоря, не робот. Я – андроид!
В голосе робота слышалась явная гордость, однако Эпплквисту было не до подобных тонкостей. Все его мысли вертелись вокруг открывающихся возможностей.
– Так, значит, можно начать хоть сейчас? С твоими-то знаниями да запасами материалов на…
