Тим с бешено бьющимся сердцем вышел в гостиную. У самой двери стояли трое – три человека в серо-зеленых мундирах, увешанные оружием вперемешку с множеством странного снаряжения. Шланги, брандспойты… какие-то измерительные приборы на прочных шнурах… ящики, кожаные ремни, антенны… и, мало этого, хитроумные маски, а может, шлемы, прикрывающие голову целиком. Под масками Тим разглядел осунувшиеся от усталости, заросшие многодневной щетиной лица и окаймленные покрасневшими веками глаза, свирепо, безжалостно взирающие на него.
Один из солдат вскинул винтовку, целя Маклину в живот. Взглянув на нее, Тим оцепенел. Винтовка… длинная, тонкая, точно игла. Соединенная с бухтой каких-то трубок…
– Что вам, скажите на милость…
Однако солдат бесцеремонно оборвал его.
– Кто такой? – хрипло, гортанно рявкнул он. – Что здесь делаешь?
С этими словами солдат сдвинул маску к затылку. Лицо под маской оказалось изрядно испачканным, землистую, в оспинах, кожу сплошь покрывали царапины, во рту не хватало зубов.
– Отвечай! – прорычал еще один из солдат. – Что делаешь здесь?
– И синюю карту предъявить не забудь, – добавил третий. – Проверим, из какого ты сектора.
Тут его взгляд скользнул в сторону Мэри с детьми, замерших у порога двери в столовую. Изумленный, солдат невольно разинул рот.
– Женщина!
Казалось, все трое не могут поверить собственным глазам.
– Что за дьявольщина? – резко спросил первый. – Давно эта женщина здесь?
– Это моя жена, – опомнившись, ответил Тим, – а вот вы кто такие? Что все это…
– Жена?!
Солдаты изумились сильнее прежнего.
– Да, это моя жена, а это наши дети. Скажите же, господа ради…
– Жена? И ты сюда ее приволок? Совсем спятил, похоже!
– Видно, здорово ему пеплом по мозгам шибануло, – заметил один из солдат.
Опустив оружие, он пересек гостиную и подошел к Мэри.
– Идем, сестра. Тебя мы забираем с собой.
Тим рванулся к нему…
…и рухнул навзничь, будто налетев на невидимую стену. Казалось, его накрыло клубящимся облаком тьмы. В ушах зазвенело, затылок заныл, солдаты и комната расплылись, подернулись рябью, голоса зазвучали глухо, точно сквозь вату. Крепко зажмурившись, Тим сосредоточился и снова открыл глаза.
Солдаты оттеснили детей к стене. Один из них, схватив Мэри за руку, рывком сдернул с ее плеч платье.
– Ничего себе! – прорычал он. – Капитан, полюбуйтесь: этот тип ее почти голой сюда приволок!
– Забираем с собой.
– О’кей, капитан, – отозвался солдат и поволок Мэри к выходу. – На первое время подыщем ей что-нибудь.
– И ребятишек, – велел капитан, махнув рукой солдату, оставшемуся с детьми. – Их тоже увозим. Черт знает что! Ни масок, ни карточек… а главное, как этот дом вообще под обстрелом мог уцелеть? Прошлой ночью здесь ад кромешный творился!
Тим, одолев боль, с трудом поднялся на ноги и крепко ухватился за стену, чтоб не упасть. Губы кровоточили, в глазах мутилось.
– Послушайте, – пробормотал он. – Бога ради…
Но капитан, словно не слыша его, таращился в сторону кухни.
– Это… это что там? Съестное?
Медленно, шаг за шажком, он подошел к порогу.
– Смотрите!
Солдаты, вмиг позабыв о детишках и Мэри, устремились к нему, в изумлении столпились вокруг стола.
– Ты только глянь, а?!
– Кофе!
Один из них схватил со стола кофейник, жадно припал к носику, запрокинул голову, поперхнулся, обрызгав черным кофе мундир.
– Горячий! Бог ты мой, горячий кофе!
– И сливки! – воскликнул другой, распахнув настежь дверцу холодильника. – Глядите. Молоко. Яйца. Масло. Мясо. Еды – битком…
Голос солдата дрогнул, осекся.
Капитан скрылся в кладовке, вышел наружу, прижимая к груди ящик консервированного горошка, и с грохотом водрузил добычу на стол.
– Забирайте остальное. Все забирайте, грузите в змея.
Не сводя с Тима пристального взгляда, он отыскал в кармане грязного мундира пачку сигарет, неторопливо зажег спичку и закурил.
– Так-так, – сказал он, – давай-ка послушаем, как ты все это объяснишь.
Тим в замешательстве захлопал глазами. Никаких объяснений на ум не приходило. Все слова, все мысли будто ветром выдуло из головы.
– Съестное. Где ты все это взял? А эти вещи? – спросил капитан, взмахом руки указывая вокруг. – Посуда. Мебель. Каким образом этот дом даже не зацепило? Как вам удалось уцелеть при ночном обстреле?
– Я… я… – только и смог выговорить Тим.
Капитан угрожающе придвинулся к нему вплотную.
– Эта женщина. И дети. Все вы. Что вы здесь делаете? – жестко спросил он. – Уж постарайся, мистер, объясни, не то придется сжечь вас всех к дьяволу.
Тим сел к столу, с дрожью, прерывисто перевел дух, изо всех сил стараясь сосредоточиться. Все тело ныло. Утерев кровь с губ, он нащупал языком сломанный коренной зуб, вынул из кармана носовой платок и сплюнул в него осколки. Пальцы ходили ходуном.
– Говори, говори, – поторопил его капитан.
В комнату с опаской проскользнула Мэри с детьми. Джуди тихонько плакала. Вирджиния не мигая смотрела куда-то вдаль. Бледный как полотно Эрл во все глаза глядел на солдат.
– Тим, – заговорила Мэри, коснувшись его плеча, – ты цел?
– Цел, – кивнул Тим. – Цел.
Мэри запахнула платье на груди.
