Сколько он пролежал. Час, два, может быть целый день. Подниматься совершенно не хотелось, более того, не было желания даже открыть глаза. Он продолжал лежать на чем-то ледяном и твердом, лоб хорошо ощущал каждый острый камешек. Ужасный мороз, настолько сильный, что ноги уже не чувствовались, онемев от холода.
В голове медленно и спокойно гуляли разные мысли. Но ни одна из них не была тревожной, словно Николай забыл о недавнем ужасе. Лежать бы так всегда, никуда не бежать, ничего не бояться. Пускай остальные подумают за него и направят к цели. Да и какая может быть цель у человека, который просто лежит без сознания на мокром асфальте. Действительно ли это асфальт, почему же так темно?
Николай резко открыл глаза.
Что это? Совершенно никакой разницы, что с открытыми глазами, что с закрытыми. Темнота повсюду. Это не комната, не лес, и вообще ни что. Только темнота. Мальчик медленно поднялся на ноги. Удивительно, но вся боль резко прошла, остался только сильный холод.
— Куда я попал?.. Учитель? — Николай стал оборачиваться по сторонам, но кроме бесконечной черноты совершенно ничего не видел, как будто он стоял в пустоте. Никого поблизости, ни ребят, ни мужчины со шрамом, ни учителя.
— Эй! Меня кто-нибудь слышит?! Эй!
Николай пробежал пару шагов, и взглянул наверх.
Поразительно…
Это было настоящее звездное небо, прямо как тогда в Ужице перед отъездом. Мальчик замер с поднятой головой. Откуда-то подул ветер, точно такой же холодный ветер как дома…
Тело было прекрасно видно. Оно как будто само излучало свет. Одежда, к его удивлению, оказалась совсем другой. Китель, лакированные сапоги, бордовая рубашка — все это куда-то пропало. Он стоял босиком в той одежде, которую носил не так давно. Шорты с заплатками и белая футболка, на шее ощущалась веревочка, которая держала за спиной плетеную панамку. Он был в своей старой детской одежде, которая вдобавок ко всему излучала свет вместе с его телом.
«Что это… где я?»
Он решил пробежаться. Может быть, где-нибудь вдалеке появится свет. К тому же ноги сильно окоченели. Мальчик бежал примерно около минуты, но совершенно не было понятно, сдвигается ли он с места вообще, чернота вокруг не давала совсем никаких ориентиров. Разум отказывался понимать, что происходит, это начинало пугать. Николай взялся за свой затылок посмотреть идет ли еще кровь. Ладонь оказалась чистой.
— Настя! Ты здесь!? — закричал он по сторонам
— Ее здесь не может быть…
Тут же послышался ответ. Это был знакомый голос, настолько знакомый, что когда Николай услышал его, сразу вздрогнул. Он был похож на тот же голос, что звучит в голове, словно он сам себе и ответил на вопрос.
Николай резко обернулся. Он уже был уверен, что находится в странной черной пустыне совсем один. Но нет.
Он увидел прямо посреди тьмы светящийся зеленый холм, на котором рос широкий дуб с качелями на одной из ветвей. Все возникло из ниоткуда. Буквально только что мальчик пробегал мимо этого места и не видел никакого холма, но теперь он находился здесь, вросший в черный пол.
Это дерево было то самое, из родного пригорода Николая. Крупные ветви тянулись к звездам, они совершенно не колыхались, хотя по округе гулял ветерок. Но зато зеленые листья излучали настолько яркий голубоватый и зеленый свет, что были видны их лучи, падающие на черноту вокруг. Качели немного покачивались, на них сидел мальчик.
Этот ребенок смотрел точно на Николая с каким-то презрительным или раздраженным взглядом. С какой-то обидой. Он был в такой же одежде, что и Николай, поставив одну ногу на сидение, другой отталкивался от травы.
— Ты мог бы и догадаться, что здесь не может быть ни Насти, ни Славы, никого другого кроме нас двоих… — снова произнес он очень знакомым голосом.
Николай не верил своим глазам. Он смотрел на сияющий дуб, от которого, кажется, вдобавок еще исходило приятное тепло, затем он начал приближаться к качелям.
— Кто ты? — спросил Николай
Мальчик рассмеялся во все горло. Смех тоже показался каким-то родным.
— Молодец, что спросил… попробуй догадаться
Николай присмотрелся к незнакомцу. Обыкновенный мальчик, черные волосы, обросшие так, что закрывают наполовину уши, серые глаза, не слишком длинный нос, худое вытянутое лицо, небольшая розовая полоска на левой щеке, видимо шрам. Николай приближался к нему, разглядывая все новые и новые черты, а мальчик уже успел сменить свой недружелюбный взгляд на задорную и сверкающую улыбку, как будто разыгрывал его.
Только он вступил с черноты на зеленую траву холма своей босой ногой, как в лицо ветер тут же принес сладкий запах яблок. Николай остановился. Мурашки побежали по его коже, мальчик уже и забыл как давно не чувствовал этого дурманящего аромата. Яблоки он не мог ни с чем перепутать, но это место все равно не было похоже на его дом.
— Где мы? — спросил Николай, снова оглядывая все вокруг. Кроме дуба на холме, все по-прежнему казалось черной пустотой.
— Погоди… ты еще не ответил себе на вопрос, «кто я?» — ехидно улыбнулся мальчик
Николай снова взглянул на него.
— Может, если я узнаю, где мы… то смогу сказать кто ты?
