Разумеется, ребенок учится говорить именно с этого слова. По его младенческому разумению, так и должно быть: ведь человек, который улыбается ему с такой любовью, и не может быть никем иным, кроме как папой.
Откуда ему знать, что он - сын бедного контрабандиста, несчастный сирота, родители которого умерли?
Вскоре для ребенка наступает знакомство с менее лучезарной стороной жизни, начинаются детские страдания. Сколько тревоги, сколько бессонных ночей в доме, когда у малыша режутся зубки. Ноэми остается с ним дома, а Михай что ни час всаживает топор в бревно и бежит домой взглянуть, не стало ли хуже маленькому Доди. Он берет с рук у Ноэми ребенка и часами расхаживает, напевая колыбельную:
И если ребенок, позабыв о боли, засыпает под монотонное пение, то-то радости бывает Михаю!
Но вот Тимар все что мог переделал: Все бревна и балки были готовы. На это его умения хватило, а вот что делать дальше, он не знал. Плотницкое ремесло тоже науки требует, а он прихвастнул перед Ноэми, когда сказал ей, что науку эту превзошел.
Приближалась осень. Тереза и Ноэми считали вполне естественным, что в эту пору Тимар должен покинуть их. Ведь ему надо думать о куске хлеба впрок. Такая уж у него работа сезонная, что летом за нею присматривать не нужно, зато зимой следует браться за дело, засучив рукава. В этом не было ничего необычного, все прочие торговцы тоже бывают заняты по полгода. Любопытно, что схожее представление о работе Тимара существовало и в другом доме. Ведь Тимея тоже полагала, что дела вынуждают Тимара быть в отъезде целое лето, когда он все свое умение обращает на пользу промыслов, экономики и торговли.
С осени до весны он обманывал Тимею, с весны до осени - Ноэми. Уж в непоследовательности ему нельзя было себя упрекнуть.
В этом году он покинул остров раньше обычного и поспешил домой в Комаром.
Дела без него сверх всяких ожиданий шли успешно. Даже главный выигрыш в крупной государственной лотерее и тот выпал на его долю. Давно позабытый лотерейный билет валялся у него в столе на дне ящика, и Тимар лишь три месяца спустя после розыгрыша предъявил его, чтобы получить нечаянно привалившие сто тысяч. Создавалось впечатление, будто он такие мелкие суммы и в расчет не принимает, а это заставило людей еще больше дивиться его удаче. У этого Тимара так много денег, что они ему уже и не нужны.
На что же их употребить?
И Тимар нашел им употребление: выписал из Трансильвании и из окрестностей Заранде знаменитых резчиков по дереву. Мастера эти ставят дома из твердых пород дерева - прочные, на века, и дивно изукрашенные. Не дома, а дворцы! В таких домах живут секейский и румынский помещики. Внутри все тоже украшено резьбой; сам дом и вся мебель работы одного и того же мастера. Материалом служат дуб, ореховое дерево, и все до единой детали постройки деревянные, тут не встретишь ни кусочка железа.
Возвратясь домой, Михай застал Тимею недомогающей. Это дало ему повод пригласить нескольких известных венских врачей, чтобы провести консилиум.
Врачи установили диагноз и сошлись на том, что больной необходимо сменить климат, и рекомендовали ей провести зиму в Меране.
Михай отвез туда супругу и Атали.
В тихой, защищенной от ветров долине Михай подыскал для Тимеи дом, в саду которого был прелестный павильон в швейцарском стиле. Он знал, что Тимее это придется по вкусу.
В зимние месяцы Михай несколько раз наведывался к Тимее, по большей части в сопровождении некоего пожилого человека, и убедился, что любимым обжитым уголком Тимеи действительно стал садовый павильон.
По возвращении в Комаром Михай взялся за дело, чтобы за зиму построить точно такой же павильон, как в Меране. Привезенный им секейский резчик был большой искусник по этой части. Он вычертил подробнейший план меранского деревянного домика, его наружной и внутренней конструкции, затем в доме Тимара на улице Рац оборудовал себе просторную мастерскую и принялся за работу. Но об этом никому нельзя было говорить, чтобы не испортить сюрприз. А резчику требуется подмастерье, без помощника в таком большом деле не обойтись. Только попробуй найти подмастерье, который умел бы держать язык за зубами. Как тут быть? Пришлось заделаться помощником самому Тимару, и он с утра до вечера долбил, сверлил, резал, строгал, обтачивал наперегонки с мастером.
