Прошло не меньше часа, прежде чем они добрались до одинокой скалы, торчавшей из болота. Всебор опасался, что они не успеют, ведь за их спинами, неотвратимо и победоносно, всходило солнце. Но опасения оказались напрасными. Первые лучи вспыхнули в тот момент, когда вся компания уже карабкалась на скользкий от росы гребень. У них оставалась пара минут, чтобы осмотреться.
– Какой потрясающий вид, – улыбнулась Ританаль. – Только с такой высоты можно оценить эту варварскую прелесть.
– Если не думать о Велиморе и «Воронке душ», – добавил Броль. – Не знал, что грубая воительница ещё и ценитель прекрасного.
– Заткнись, эльф! – огрызнулась девушка. – Ты всё-таки неисправим. Знаешь, когда испортить впечатление.
– Откуда здесь эта глыба? – поинтересовался Жиль. – Можно подумать, что её сюда кто-то притащил.
– Перестаньте болтать, – отозвался Всебор. – Солнце уже всходит, так что смотрите в оба.
Первые лучи скользнули по мутной воде болот, заискрили на изумрудных листьях камышей. Благодатное сияние озарило мир вокруг и пронзило весь Скальбур до самого горизонта. Тогда-то они и увидели высокий серый столб смерча на фоне тёмных клубящихся туч.
– «Воронка душ», – прошептал Всебор. – Вот значит, что это такое.
– Даже на таком расстоянии эта штука выглядит устрашающе, – добавил Броль. – Страшно представить, что творится рядом.
Серый столб казался неподвижным, но иногда, он слегка наклонялся и открывал часть гигантской горловины. У его истончённого основания периодически вспыхивали молнии и, когда это происходило, до слуха доносились лёгкие хлопки, словно от далёкой пушечной канонады. Вокруг чудовищного вихря постоянно кружились какие-то лохмотья, и даже облака, проносившиеся над воронкой, меняли форму и медленно закручивались в жуткую спираль.
– Всё равно выбора нет, – Броль достал из кармана компас и запомнил направление. – Боюсь, что мы до вечера туда не доберёмся.
– Ну, что? Дрожат поджилки? – усмехнулась Ританаль. – Я говорила вам, это путешествие потребует особого мужества.
– Нам его не занимать! – Громила покосился на Всебора и подмигнул. – Верно, я говорю?
Видение продолжалось не больше минуты, и Велимора оказалась права, этого времени действительно было достаточно, чтобы узреть ярость колдовства мёртвых. Через минуту смерч исчез. Какая-то неведомая сила спрятала его от человеческих глаз, и теперь всё зависело только от компаса и опыта Громилы.
Они молча шли вперёд. Ританаль прокладывала дорогу через трясины, а Броль указывал ей правильное направление. Наследница Маскадоров не перечила и во всём слушалась полукровку. Слушались его и все остальные.
– «Как же всё-таки удивительно распорядилась судьба, – думал Всебор. – Разве мог я представить, что моей жизнью будут управлять другие. Я обрёл хороших друзей, но в качестве противовеса нажил могущественных врагов. За последний месяц испытал столько, сколько обычный человек и за всю жизнь не испытает. Да ещё во всё это втянул своего приятеля».
Всебор улыбнулся и покосился на Жиля. Тот заметил его взгляд и оскалился в ответ.
– А знаешь, о чём я подумал? – спросил Зубастик. – Пупрыгунчику-то пришлось самому отдуваться. Не сработал его план, мы ведь только один раз к Сликкеру ходили.
– Точно! – улыбнулся Всебор. – Наверняка этот копчёный старик и его заставил жрать спрутов.
Компасу Громила почему-то не доверял. Порою он останавливался, поворачивался лицом на восток и высматривал кварцитовую скалу. Но чем дальше они уходили, тем более тусклым становился отблеск одинокой гряды. А к вечеру она и вовсе пропала, растворившись в дымке испарений.
Когда начало смеркаться до слуха стал доноситься странный похожий на гул водопада рокот. Эльфы начали морщиться, и Всебор понял, что зловещая воронка уже близко.
– Если у тебя такие чувствительные уши готовься к проблемам, – сказал Палько. – Только эльфы слышат этот душераздирающий шум.
– Нужно поискать место для лагеря, – отозвался Броль. – Прежде чем соваться в пасть зверя, как выразилась старуха Велимора, надо всё хорошенько обмозговать.
На небе сияли звёзды, стояла тихая летняя ночь. Но иногда, лёгкие порывы ветра приносили отрывистые крики какого-то могучего существа. Эти вопли, отчаянные и яростные, будоражили разыгравшееся воображение компаньонов, навевая грусть и тоску. В костре потрескивали сучья, в походном котелке булькала сытная похлёбка.
Клут помешал варево и, зачерпнув ложку, поднёс её к губам.
– Неплохой супец получился! – причмокивая, заметил он. – Как говорится, кашу мясом не испортишь!
– Сдаётся мне, подобраться к адской воронке будет непростой задачей, – сказал Громила. – Лихалетригель знала, что ни одному наёмнику она не по зубам. Хитра прелестница.
– Лихалетригель? – оживилась Ританаль. – Что-то раньше я не слышала от тебя этого имени.
– С чего бы тебе о ней слышать, – огрызнулся Броль. – Это имя эльфийской принцессы, к которой так просто не подступишься.
– О, да! – вспомнил Всебор. – Когда я пришёл наниматься на работу, меня здорово отметелили её гвардейцы.
– Ты говорил, что их было двадцать, – добавил Зубастик.