Я не могу найти другой двери и вхожу в антикварную лавку. В крошечном фойе вижу лестничку, освещенную наверху.
Меня ждет Дек. Он горделиво улыбается.
– Ну, что ты думаешь? – выпаливает он, не дожидаясь, пока я осмотрю помещение. – Четыре комнаты, общей площадью около тысячи квадратных футов. Плюс туалет. Неплохо, – говорит он, похлопывая меня по плечу. Затем вприпрыжку бросается вперед, все время оборачиваясь и широко расставив руки. – Вот здесь, я думаю, будет приемная, может, мы посадим сюда секретаршу, когда наймем. Здесь просто надо обновить краску. Все полы паркетные, – отмечает он, притопывая, словно я и так не вижу, какие здесь полы. – Потолки двенадцать футов. Стены отделаны сухой штукатуркой, их легко красить. – Он делает знак следовать за ним. Через открытую дверь мы проходим в небольшой коридор. – Здесь по одной комнате на каждой стороне. Вот эта самая большая, так что, я думаю, она будет твоя.
Я вступаю в свой новый кабинет и приятно удивляюсь. Он пятнадцать на пятнадцать футов, окно выходит на улицу. Комната пуста, в ней чисто, на полу хорошее ковровое покрытие.
– И вон там, подальше, третья комната. Думаю, хорошо бы в ней устроить конференц-зал. Я бы с удовольствием здесь работал, но не хочу разводить в этой комнате беспорядок. – Дек изо всей силы старается, чтобы помещение мне понравилось, и мне почти жалко его. «Да расслабься ты, Дек. Мне оно и так нравится. Ты хорошо потрудился».
– Вон уборная. Там нужно все почистить и заново покрасить и, может, вызвать слесаря. – Он опять направляется в переднюю комнату, приемную. – Ну, что ты обо всем этом думаешь?
– Здорово, Дек, ты хорошо поработал. Кто хозяин помещения?
– Владельцы захудалой антикварной лавки внизу, старики. Между прочим, у них есть кое-какие вещи, которые могут нам пригодиться: столы, стулья, лампы, даже старые шкафы. Все это дешево, в неплохом состоянии, а кроме того, они разрешают нам платить за вещи помесячно. Они вроде даже рады, что в доме будет еще кто-нибудь, кроме них. Наверное, их пару раз грабили.
– Утешительно слышать.
– Ага. Здесь надо быть осторожным. – И он протягивает мне рекламную листовку с образцами краски от магазина «Шервин-Уильямс». – Думаю, надо остановиться на нескольких оттенках белого. Меньше требует работы и легче для бюджета. Телефонный мастер придет завтра. Электричество уже в порядке. Взгляни-ка. – Рядом с окном стоит карточный столик с бумагами и небольшим черно-белым телевизором посередине.
Дек уже побывал в типографии. Он протягивает мне рекламные объявления с адресом и объяснением, как найти нашу новую контору. На каждом сверху бронзовыми большими буквами напечатано мое имя, а в углу – его, как помощника адвоката.
– Мне это сделали в типографии. Она на углу, что очень кстати. Потребуется два дня, чтобы заполнить бумаги и сделать заказ. Ну, на листов пятьсот бумаги и конверты с фирменным знаком. Посмотри, все ли так, как нужно?
– Я просмотрю бумаги сегодня вечером.
– Когда мы начнем красить?
– Ну, я думаю, что…
– Наверное, мы управимся за один день, если постараемся. Покрасим в один слой. Я уже купил краску и все, что требуется, сегодня днем и попытаюсь вечером начать работу. Ты сможешь помочь завтра?
– Конечно.
– Нам нужно еще кое-что решить. Например, насчет факса. Мы сейчас его раздобудем или подождем? Телефонный мастер приходит завтра, помнишь? А ксерокс? Я бы ответил отрицательно, не сейчас, мы бы могли хранить оригиналы, раз в день я заходил бы в типографию. Но нам обязательно нужен автоответчик. Хороший стоит восемь-десять баксов. Я об этом позабочусь, если хочешь. И нужно открыть банковский счет. Я знаю одного менеджера в Первом трасте. Он бесплатно оформит нам тридцать месячных чеков и даст два процента на вложенные деньги. Трудно устоять. Можно оформить несколько чеков, чтобы платить по счетам. – Вдруг он смотрит на часы. – О да, я чуть не забыл. – Он нажимает кнопку телевизора. – Час назад выдвинуто около сотни обвинений по различным пунктам против Брюзера, Бенни Принса Томаса, Вилли Максвейна и других.
Дневное сообщение уже началось, и первое, что мы видим, – это съемки нашей прежней фирмы. Вход сторожат агенты, но в данный момент она не опечатана. Репортер объясняет, что служащие могут входить и уходить свободно, хотя ничего выносить нельзя. Следующий кадр сделан за стенами «Лисички», ночного клуба, тоже арестованного федами. Обвинение утверждает, что Брюзер и Томас были завязаны в трех ночных клубах, поясняет Дек. Репортер повторяет то же самое. Затем следуют краткая биографическая справка нашего прежнего босса и кадр, показывающий, как он угрюмо слоняется по коридору во время какого-то давнего судебного расследования. Подписан ордер на арест, но ни мистер Стоун, ни мистер Томас не найдены. Затем следует интервью с агентом ФБР, ведущим расследование. По его мнению, оба джентльмена бежали из города, идут интенсивные розыски.
– Беги, Брюзер, беги, – говорит Дек.
