— Ты знаешь, почему я это спрашиваю? — поинтересовался отец. — Да потому что в твоем возрасте я уже сидел на троне, защищая память своего отца. А ты предал своего вместе со своей матерью. Ты не попытался остановить Помпея. Если бы он пронзил тебя мечом, я мог бы гордиться тобой. А сейчас ты мне отвратителен так же, как твоя мать. И я считаю, что такой представитель моего рода не должен топтать землю.
Ксифар с расширенными от ужаса глазами даже не успел оправдаться — Митридат одним взмахом снес его голову, и она покатилась по мраморным плитам, обагряя их рубиновой кровью.
— Измена — это самое страшное в жизни, — прошипел Митридат, поднимая меч, с которого стекала красная жидкость, над телом юноши. — Она карается только смертью. Следовало бы убить тебя, Стратоника. Но я передумал. Ты хотела заставить страдать меня? Нет, страдать теперь суждено тебе. Убирайся на все четыре стороны и постарайся не попадаться мне на глаза.
— Дай похоронить… — прошептала мать, в отчаянии поднимая руки, однако царь оттолкнул ее:
— Я прикажу бросить его труп на съедение хищным птицам. Ветры развеют его прах. Время поможет забыть, что когда-то у меня были такие сын и жена.
Он царственной походкой вышел из дворца, перешагнув через голову Ксифара, и бросил воинам:
— Возьмите царицу под руки и выставите из крепости. Она больше здесь не хозяйка.
Гипсикратия, сжимавшая в руках меч, с удивлением и страхом посмотрела на Митридата.
— А твой сын? Твой сын Ксифар?
— Его больше нет, — ответил Митридат грозно, но она заметила боль в голубых глазах. — Они предали меня, понимаешь? У меня нет больше жены Стратоники и сына Ксифара.
— Говорят, что в твоей сокровищнице находился какой-то золотой конь, который несет твое бессмертие, — осторожно заметила женщина.
— Этот конь давно в Пантикапее, — улыбнулся царь. — Благодаря моим врагам многие знают о нем. Мне не удалось сохранить тайну моего бессмертия, а значит, не так долго мне и осталось.
Гипсикратия бросилась ему на шею и принялась осыпать поцелуями.
— Ты еще возвратишь былое могущество! — шептала она. — Ты царь царей, это написано на твоей статуе. Я помогу тебе во всем, буду ходить за тобой, как собачонка. Верь мне, я никогда тебя не предам.
Митридат прижал ее к себе:
— Я верю тебе, как никому. А сейчас мы возвращаемся в Пантикапею.
Она удивленно посмотрела на своего повелителя:
— Но как же Помпей? Тигран дал тебе войско для борьбы с Помпеем! Мы должны догнать его и дать бой!
Евпатор покачал поседевшей от страданий головой.
