— Тихий! — задохнулась слезами Лиса. На подгибающихся ногах дошла до клочка, опустилась на колени, бережно выловила. Она чувствовала! Чувствовала! Когда там, в лесу, эта мысль ожгла её, она бросилась назад с надеждой: может, всё в порядке, а она просто заполошная дура? А всё не в порядке! Вот этот клочок — всё, что осталось от пяти огромных добродушных созданий, одно присутствие которых делало мир лучше! А она даже поговорить с ними как следует не успела! — Тихи-ий… — заревела Лиса уже в голос. — Да будь они прокляты, эти ваши песенки! Убью на хрен! — заорала она вампирам и эльфу, выскочившим вслед за ней на берег, и погрозила кулаком с зажатым в ней клоком шерсти. Рогану повезло: он сразу безнадёжно отстал, было слышно, как он ломится сквозь таволгу. Проклятия Видящей Квали вынести уже не смог. Сначала нервотрёпка с Донни, потом он чуть не убил своих друзей, а теперь ещё и это. Он позеленел, глаза закатились, и Гром едва успел его подхватить на руки. Но этого Лиса уже не видела. Кусты на другом берегу с шумом взорвались, и чёрная молния с тяжеловесной грацией перемахнула ручей, сразу отгородив Лису от остальных. Лошадиные уши были чисто по-кошачьи прижаты к голове, грива дыбом, шея изогнута и опущена, лапа с впечатляющего размера когтями приподнята в угрозе. Вампиры замерли. Их внимательно осмотрели ярко-голубые глаза, угрожающее шипение постепенно смолкло, сопровождаемое воплями Лисы: «Нет, нет, Тихий, их не надо, не надо!», лапа опустилась. «Чё стряслось-то, сестричка? Они? Тебя? Не может того быть, я их знаю!» Зверь вывернул шею к Лисе, широкий, раздвоенный на конце язык прошёлся по лицу Лисы, впрочем, боком Зверь всё ещё прикрывал её от предполагаемых врагов. «О! Солёненькая! Так чё ревёшь-то?» А Лиса уже висела у него на шее и без слов выплакивала, как она напугалась, и какой это был ужас, и своё облегчение, что он жив, и вообще, как они могли уйти и не сказать! И не Звери они после этого, а скоты настоящие, разве можно так делать? Ведь беспокоятся все!
— Да слышал я твою панику, тока не понял — о чём звон, вообще? Мы там… того… заняты слегка так. Дела! — хихикнул Тихий. — Такая песенка прикольная! Ай-яй-яй! — он вдруг взметнулся на задние лапы и забил передними в воздухе. — Давненько не слышали! Теперь щеночки будут! Ой-ё-ёй! Ты не парься, всё пучком! Мы попозже подвалим, как стемнеет! Ай-я-яй! — и он исчез в кустах на другой стороне. Лиса села на песок в полной прострации, тупо глядя ему вслед. Этак и впрямь кормлецом станешь, и Тень не понадобится.
— Что он сказал? — страх Дэрри был неведом, а вот любопытство — очень даже ведомо. Лиса сглотнула, и послушно озвучила:
— У них будут щеночки. Ай-я-яй. Песенка прикольная, — и, наконец, повернулась к друзьям. Эльф висел у Грома на руке, изображая плащ неудачного покроя. Лиса вскочила: — Что это с ним? Роган! Роган! Ты где? Иди сюда!
— А ты как сказала, что, мол, всех того — а он сразу и вот, — обрисовал Гром тонкую душевную организацию младшего на-фэйери.
— Сейчас-сейчас, иду-иду! — запыхавшийся и злой, как десять гоблинов, из таволги выбрался распаренный Роган, весь усыпанный её мелкими белыми лепестками и жучками, которые так любят эти цветы, а теперь, видимо, полюбили и мага. В таволге после него осталась широкая и неровная просека: штормило мага не на шутку, а смесь запахов коньяка и таволги тянулась за ним шлейфом. — Тьфу! Да тьфу же! Та-ак! — подбоченился он и грозно окинул расползающимися глазами композицию из двух коленопреклоненных вампиров и Лисы, старательно отжимавшей эльфу на голову намоченную в ручье косынку. — Страшно спросить: и чем же это занимаются благословенные райнэ? Ага. Вот так, да? Ну-ка, держи-ка голову ему! Ну-ка… — Он молниеносно вскрыл какой-то пузырёк, добытый из бездонного кармана своего балахона, и сунул эльфу под нос. Несчастный подскочил от первого же вздоха и широко распахнул глаза. Первое, что он увидел — это зарёванное лицо Лисы, опять позеленел и поспешно зажмурился.
— Живы! — быстро сказала Лиса. — Все живы!
— Кх-х… Кхто? — слабо отозвался Квали.
— Ну-у… все! — но не нашла другого определения Лиса.
— А… Ага… Ребята, я больше не могу… Поехали домой, а? — цветом эльф больше всего напоминал свежепросольный огурец.
— А никак, — развела руками Лиса. — Тихий сказал, что до темноты их не будет. Так что мы тут зависли. Нет, если совсем плохо — давай по печати тебя отправим…
— Не хочу, — закапризничал Квали, собрал конечности и встал, цепляясь за Грома. — Вместе пришли, вместе и уйдём. А что это вообще такое — «Тихий сказал»? Чем они занимаются вообще? — брюзжал он, тащась у Грома на буксире сквозь таволгу.
— Щеночков делают, — ответила Лиса с нервным смешком.
— Че-го? Ще… Ой, ё… — закручинился эльф. Дэрри вдруг тоже пробило на «хи-хи». Он представил себе лица Перворождённых, когда их известят о пополнении в Парке КЭльПИ. Ой, нет, лучше об этом не думать. Бедный папа Риан! — Это что же, тоже я, да?