И все же Шаса волновался. От дня «Икс» их отделяло всего семь дней. К выходным скважина должна быть готова. В субботу вечером из Пелиндабы выйдет тщательно охраняемая автоколонна, которая прибудет сюда в воскресенье в полдень. Она доставит бригаду ученых и саму бомбу.
В понедельник к вечеру бомба будет размещена в скважине. Накануне дня «Икс» из Кейптауна прилетят министр обороны и генерал Малан.
Он энергично встряхнул головой. «Все идет как по маслу», – заверил себя и поднялся по стальным ступенькам в передвижной диспетчерский пункт.
Главный инженер по бурению проработал в «Орионе» уже двенадцать лет. Он поднялся со своего места и протянул Шасе широкую мозолистую ладонь.
– Как дела, Мяк?
– Бак гат, мистер Кортни! – Инженер употребил сочное африканское выражение, означающее полное удовлетворение. – Сегодня в девять утра мы прошли отметку в три тысячи метров.
Он указал на экран дисплея. На нем было графически изображено ответвление от ствола скважины, куда должен был быть помещен заряд.
– Не обращай на меня внимания. – Шаса пристроился рядом с инженером. – Занимайся своим делом, дружище.
Мик вновь сосредоточился на показаниях контрольных приборов.
Шаса закурил манильскую сигару и представил себе, как этот гибкий стальной червь прокладывает себе дорогу вниз, прямо под тем местом, где он сейчас сидит, спускаясь намного ниже уровня грунтовых вод и еще дальше, к самому краю кипящей магмы, где температура земных недр приближается к температуре раскаленной духовки.
В диспетчерской зазвонил телефон, но Шаса даже не слышал его, всецело поглощенный этой воображаемой картиной. Младший техник, поднявший трубку, вынужден был дважды окликнуть его.
– Мистер Кортни, вас к телефону.
– Спросите, кто это, – раздраженно рявкнул Шаса. – Пусть передаст то, что ему нужно.
– Это мистер Форстер, сэр.
– Какой еще мистер Форстер?
– Премьер-министр, сэр. Лично.
Шаса выхватил у него телефонную трубку. Его охватило внезапное тошнотворное предчувствие катастрофы.
– Да, оом Джон? – отозвался он.
– Шаса, в течение минувшего часа послы Великобритании, США и Франции все разом заявили ноты протеста от имени своих правительств.
– По какому поводу?
– Сегодня в девять утра американский спутник сфотографировал бурильную площадку. Мы по уши в дерьме. Они каким-то образом пронюхали про «Скайлайт» и теперь требуют, чтобы мы немедленно прекратили всякую подготовку к испытаниям. Когда ты сможешь вернуться в Кейптаун?
– Мой самолет стоит на взлетной полосе. Через четыре часа я буду у тебя в кабинете.
– Я созываю совещание кабинета министров в полном составе. Я хочу, чтобы ты вкратце проинформировал их.
– Я буду на месте.
Никогда еще Шаса не видел Джона Форстера таким встревоженным и рассерженным. Пожимая ему руку, он прорычал:
– Уже после того, как я тебе позвонил, русские потребовали срочного созыва Совета Безопасности ООН. Нам угрожают немедленными санкциями, если мы будем продолжать подготовку к испытаниям.
Шаса понял, что дело нешуточное; последствия могли быть весьма серьезными.
– Американцы и англичане предупредили нас, что не намерены использовать свое право вето в случае, если мы не откажемся от испытаний.
– Я надеюсь, господин премьер-министр, вы ничего не признали?
– Разумеется, нет, – рявкнул Форстер. – Но они настаивают на проведении международной инспекции буровой площадки. У них есть аэрофотоснимки – и к тому же им известно наше кодовое название «Скайлайт».
– Им известно кодовое название проекта? – Шаса растерянно уставился на него, и Форстер тяжело кивнул.
– Да, старина, известно.
– Вы понимаете, что это значит, господин премьер-министр? Это значит, что у нас есть предатель – причем на самом высоком уровне. На самом высоком.
На сессии Генеральной Ассамблеи ООН представители Третьего Мира и Движения неприсоединения один за другим выходили на трибуну, чтобы гневно заклеймить и осудить Южную Африку за ее попытку присоединиться к клубу ядерных держав. Приговор был вынесен незамедлительно, как только было выдвинуто обвинение. За прошедшие год-два Индия и Китай тоже испытали свое ядерное оружие, но воспринято это было совсем по-иному. Теперь же, несмотря на все заверения южноафриканского премьера, что никаких испытаний не планировалось, послы Великобритании и США настояли на том, чтобы лично осмотреть предполагаемый полигон. Их доставили в Калахари на вертолете «Пума» военно-воздушных сил. Разумеется, к их прибытию от буровой установки и прочего оборудования и техники на площадке не осталось и следа. Они обнаружили только одинокую скважину, накрытую новенькой бетонной плитой, и истоптанную, изрезанную колесами и гусеницами землю вокруг нее.
– С какой целью производилось бурение? – уже в который раз спросил Шасу британский посол. Сэр Перси был его старинным приятелем; он часто обедал у него в Велтевредене и охотился на «Фонтане Дракона».
