Спустя минуту он понял, что потерял его. Ему ничего не оставалось, как смириться. Он кое-как подавил в себе разочарование и неутоленную жажду мести и повернулся к Изабелле. С нее ручьями бежала вода, она вся измазалась в иле. Ударившись о край ветрового стекла, она порезала себе лоб, и теперь тоненькая струйка крови, разбавленная речной водой, стекала по ее лицу.
Шон стянул с себя фуфайку и помог Изабелле надеть.
С трудом просовывая руки в рукава, она спросила:
– Где Рамон? Что с ним случилось? – Голос ее прерывался; она тяжело дышала.
– Этот сукин сын смылся. – Шон рывком поднял ее на ноги. – У нас мало времени. Давай-ка выбираться отсюда.
Никки выскользнул из рук матери и метнулся к воде.
– Мой отец – я не уйду без моего отца. Шон схватил его за предплечье.
– Пойдем, Никки. – Николас извернулся и вонзил свои маленькие белые зубки в запястье Шона.
– Ах, ты паршивец! – Шон наотмашь ударил его ладонью по щеке, чуть не сбив его с ног. – Ничего, приятель, больше твои кубинские штучки не пройдут.
Он взвалил его на плечо; Никки барахтался и брыкался, но он не обращал на это никакого внимания.
– Я не пойду. Я хочу остаться с отцом.
Шон взял Изабеллу за руку и потащил ее за собой вверх по склону; Никки болтался у него на плече. Возле джипа появились какие-то новые люди; в первое мгновение Шон не узнал их. Он выпустил руку Изабеллы и поднял свой «АКМ» за рукоятку, как пистолет.
– Все в порядке, Шон, – успокоил его Эсау Гонделе, шагнув ему навстречу.
– А ты еще откуда взялся?
– Вы чуть не угодили в нашу засаду, – сообщил ему Эсау. – Еще секунда, и мы всадили бы вам ракету из «РПГ» прямо в задницу. Мои люди устроились вон там. – Он указал вперед на темную дорогу.
– Где ваши лодки?
– В двухстах ярдах по реке.
– Отзывай своих людей – мы прокатимся обратно вместе с вами.
Он замолчал и слегка наклонил голову, прислушиваясь.
– Вырубите свет, – рявкнул Эсау Гонделе одному из своих скаутов. Тот залез в джип и нажал на выключатель. Фары погасли. Теперь они стояли в полной темноте.
– Грузовики со стороны взлетно-посадочной полосы, едут очень быстро.
В тихом ночном воздухе ясно слышался гул моторов.
– Новая партия клиентов, – согласился Эсау.
– К лодкам, – распорядился Шон. – Tout de suite,[18] как говорят французы, чем веселее, тем лучше.
Плотной группой они побежали по дороге вслед за Эсау Гонделе. Через сотню ярдов он свистнул, подражая голосу одной из ночных птиц; этот резкий неприятный звук, повторенный дважды, был излюбленным условным сигналом скаутов. Из мрака прямо перед ними донесся точно такой же свист, и Шон споткнулся о сухой пальмовый ствол; вся дорога была перегорожена баррикадой из поваленных деревьев.
– Идите сюда, – окликнул их Эсау Гонделе, сворачивая с дороги. – Лодки в двух шагах отсюда.
Едва он произнес эти слова, как они увидели в промежутках между деревьями быстро приближающиеся огни фар. Со стороны взлетно-посадочной полосы в их направлении на полном ходу мчалась большая автоколонна.
Николас все еще пытался вырваться из рук Шона, и Изабелла никак не могла его успокоить, несмотря на отчаянные усилия.
– Никки, родной мой, все будет хорошо. Эти люди наши друзья. Они отвезут нас домой, в безопасное место.
– Мой дом здесь – я хочу к отцу. Они убили Адру. Я ненавижу их! Я ненавижу их! Я ненавижу вас всех! – визжал он по-испански.
Шон яростно встряхнул его.
– Еще один звук, дорогой племянничек, и я оторву твою глупую головешку и выброшу ее в кусты.
– Сюда. – Эсау Гонделе быстро повел их за собой прочь от дороги. Пробежав пятьдесят ярдов, они вышли к берегу реки в том месте, где были пришвартованы лодки.
Шон оглянулся и увидел колонну грузовиков, с грохотом выкатившихся из-за поворота. Лучи их фар лихорадочно шарили по темной дороге. При свете фар Шон разглядел, что кузов каждого грузовика до отказа набит вооруженными людьми.
Шон подсадил Изабеллу в ближайшую надувную лодку; она запуталась в мокрых складках длинной фуфайки, липнувших к ее голым ногам, подскользнулась и шлепнулась на дно суденышка.
– Корова неуклюжая, – проворчал он и бросил Никки в лодку вслед за ней. Это была явная оплошность.
Никки отскочил от днища, как резиновый мячик, и вновь очутился на берегу; Шон попытался сцапать его, но тот поднырнул ему под руку и сиганул вверх по склону.
– Вот чертенок, – Шон развернулся и бросился в погоню.
– Мой малыш! – завопила Изабелла и тоже выпрыгнула из лодки. Меся ногами прибрежный ил, она выбралась на берег и устремилась следом за ними.
– Никки, вернись, ну, пожалуйста, прошу тебя.
Он бежал навстречу приближающейся колонне, петляя, как заяц, в зарослях кустарника перед носом у Шона. Он был всего в двадцати футах от дороги, когда Шон регбийным броском в ноги настиг его и схватил за щиколотку. Секунду спустя Изабелла споткнулась о них и, в свою очередь, растянулась во весь рост на рыхлой земле.
