– Очень приятно, – учтиво и скромно представилась Аня и присела в поклоне.
– Терепова. – Размышлял князь. – Это Порфирий Георгиевич приходится вам…
– Дядюшкой, – закончила за него Аня.
– Так вот с кем малышка Натали была у парфюмерного – с гувернанткой. – Подчеркнула Лилит её положение. – А я думаю, что за мадемуазель сопровождает нашу юную графиню?
Следующим на очереди был Николя, и Аня сделала над собой усилие и отошла. Не буду слушать, не буду глядеть, решила она. Но все-таки смотрела, пусть и украдкой. Молодой подполковник держался на удивление свободно. Княгиня надолго не задержалась возле них и отошла к Натали. Граф с сыном перекинулись с Александром Евграфовичем несколькими фразами. Аня не слышала, о чем речь, но пока всё было вполне мирно.
Позвали к ужину. Атмосфера на ужине стояла вполне сносная. Аня сидела в самом конце стола, далеко от гостей. Кусок не лез в горло. Лилит щебетала и пила шампанское, рассказывала о гарнизонной жизни. Было видно: она привыкла находиться в центре внимания и купалась в нем.
Ближе всего к гувернантке сидел Гнездилов. Он выглядел спокойно и уверенно в себе. В отличие от Ани.
– Анна Алексеевна, будьте спокойнее. – Обратился он к ней, видя её состояние. – Я здесь на том же положении, что и вы. Но запомните одно – мы ровня им по происхождению. А то, что у нас нет достаточных средств – не наша с вами вина.
– Наверное, вы правы, Александр Сергеевич. – Кивнула Аня и испытала к сыщику чувство сродни благодарности.
Все-таки он – единственный здесь, кто понимал девушку как никто. Что-то она и вправду, разволновалась, а ведь даже на допросе в полиции держалась гораздо лучше. Вот, что делает любовь с людьми – последние мозги размягчает. Выругалась про себя. Ну уж нет, не будет она чувствовать себя вторым сортом только потому, что какая-то Оболенская поморщила носом. Не на ту напали. Выдохнула. Стало как будто легче. Графиня она, в конце концов, или хрен с горы?
***
После ужина всё гости переместились в гостиную. Натали уже играла на фортепиано, старшие дамы мирно беседовали на диванчике в другом углу комнаты. Мужчины собрались уйти в кабинет, чтобы обсудить там дела ведомства и выкурить по сигаре.
Гнездилов предложил Николя выйти на крыльцо, покурить и подышать воздухом. И Ильинский с удовольствием принял это предложение. Нужно было выдохнуть, осознать всё, что сейчас творилось в его душе.
Накинув пальто, любезно поданные Кузьмичом, друзья вышли из дома.
– Как ты? – Спросил Александр. – Вижу, что вечер тебе даётся с трудом.
– Я думал, что смогу это скрыть.
– От родителей, может, и скрыл, но мне видно. – И, раскуривая папиросу, Гнездилов добавил. – Какая же она все-таки стерва.
– Даже спорить не стану, Александр Сергеевич. – Николай задумчиво смотрел в никуда. – Любил её когда-то, но то болезнь была и зависимость. Хорошо, что тогда всё так обошлось. Позор, конечно, и отставка, но гораздо хуже, если бы мы вместе остались.
– Она бы из тебя всю кровь выпила, всю душу вынула. Как ещё князь держится! – Размышлял Гнездилов.
Николай выбросил папиросу, толком не прикурив даже.
– Пойду в дом, озяб что-то. Ты со мной?
Сыщик отрицательно покачал головой.
– Я ещё немного постою.
Николай кивнул и скрылся в парадном.
***
В гостиной обсуждали всякие диковинки. Княгиня Оболенская рассказывала, допивая свой кофе с ликёром, как в прошлом году на ярмарку в Нижнем приехали индийские купцы. И что она там себе купила диковинные, редкой работы серьги. Дамы восхищённо глядели ей в рот. Аня слушала вполуха. Она хотела уйти, но никак не удавалось улучить момент и сказать о том графине.
– Мне сказывали, что индусы обладают особой связью с духами. – Выпалила одна из матрон – жена заместителя Павла Андреевича. – И если делают какие-то редкие вещи, то их оберегают джины. Если такую вещь получить нехорошим путем, то дух отомстит за сокровища.
Все тут же обернулись к гостье. Лишившись внимания, Лилит поднялась, подплыла к графине и шёпотом обратилась к ней:
– Татьяна Александровна, дорогая, где у вас дамская комната?
Графиня засуетилась и кликнула Дарью, которая в этот момент принесла новый кофейник с напитком. Дарья, раздуваясь от важности, повела Оболенскую вглубь особняка.
– А духи всегда охраняют сокровища, за которые ответственны. Так мне один старец сказывал. – Подала голос другая гостья.
– Так у нас же тут тоже приключилась история. – Вдруг вспомнила Наталья. – Представляете, мы давеча шкатулку нашли старинную в камине. Прямо вот в этом самом.
– Совершенно верно, нашли шкатулку. – Подхватил рассказ Павел Андреевич, до того тихонько беседовавший с князем Оболенским. – И шкатулка эта принадлежит, по всему, Анне Алексеевне и её предкам, ибо дом-то мы у них покупали.
Все замерли в удивлении. Одно дело – пустые рассуждения, что какие-то духи хранят какие-то сокровища, а совсем другое – шкатулка в камине.
– Так она же в кабинете у papa, – осенило Натали. – И ее можно принести и рассмотреть.
Глава 11.