– Так впустите меня к себе. – Не унимался хозяйский сынок.
– Нет, это невозможно. – Аня возмутилась. – Я не одета.
Ага, точнее я раздета. Практически.
За дверью усмехнулись.
– Я уже видел вас в кабинете в одном пеньюаре. Переживу и этот раз.
Аня вспыхнула до кончиков ушей. Чего это так пренебрежительно?
– Надеюсь, вы помните, чем тот раз закончился. – Прошипела она из-за деревянного полотна.
Конечно, он помнил – укушенная губа саднила еще несколько дней.
Аннет была так близко, лишь чёртова дверь разделяла их. Можно было просто толкнуть створку и оказаться в спальне, замков в их доме на дверях не держали. Но он не мог так поступить. Даже простонал от безысходности.
– Вы невыносимы, Аннет! Откройте же. – И постучал снова, уже сильнее.
– Ни за что. Скажете всё завтра. Или говорите так, я прекрасно вас слышу. – Предложила ему гувернантка.
Это какое-то сумасшествие: благодарить через закрытую дверь, когда лишь толкни её и вот она, Аннушка в своём пеньюаре и с распущенными по плечам волнистыми волосами. Зелёные глаза сверкают в ярости как изумруды, а маленький ротик с пухлыми губами порой выдаёт такое, что иной раз думаешь, откуда эта смесь воспитанности и дерзости одновременно. Этот образ свёл его с ума. Конечно, извинения и благодарность – этот лишь повод, чтобы увидеть наконец эту фурию, прикоснуться к ней, поцеловать. Из головы никак не шёл их поцелуй в кабинете накануне поездки в театр, когда она не отвечала на поцелуй намеренно. Кого он обманывает? Она нужна ему как воздух, все его мысли с её появлением только о гувернантке.
– Откройте Аннет, иначе я войду сам.
– Только попробуйте, Николай Павлович! – Шипела эта невозможная женщина. – Я буду визжать так, что услышит не только весь дом, но и комендант Петропавловской крепости. Хотите?
Эта точно будет, он даже не сомневался. Черт! Как же сложно с ней. Почему просто не поговорить? Но Николай и сам понимал, что открой она дверь, дороги назад не будет.
Он слышал как она напряжённо дышит за дверью, как ждёт, чем закончится эта сцена. И ему даже показалось, что она и сама бы хотела, чтобы он вошёл. Но дверь так и не открыла.
– Подите прочь, Николай Павлович. Возвращайтесь к себе. Я поняла уже, что вы мне благодарны.
Аня всхлипнула даже. Чертов Николя! Да уйдёт он или нет? Сколько можно торчать под дверью, когда ей так хотелось её отворить.
– Вы плачете Аннет? – С тревогой в голосе спросил Николя. Аня прикусила губу. – С вами всё в порядке?
– Ещё чего, с чего бы мне лить слезы? – Он живо представил, как говоря это, она вздернула носик.
– Не знаю, вдруг обо мне, – усмехнулся Николай.
– Вы не в себе, граф! У меня просто насморк. А у вас раздутое самомнение и обострение наглости. Уходите прочь!
Николай не выдержал и легонько ударил кулаком по двери. Невозможная девчонка! Но войти к ней так и не решился. Кто знает, что у нее на уме. Шумно выдохнул, пытаясь прийти в чувство. Странное дело, но рядом с Аннет он не мог совладать с собой.
– Доброй ночи, Анна Алексеевна. – Выдавил из себя Ильинский.
– И вам приятных сновидений. – Язвительно процедила в ответ.
Николя наконец повернулся и пошёл прочь.
Колени дрожали, ноги отказывались её держать. Аня сползла на пол по стене прямо там, у двери. Охватила ноги в коленях, чтобы унять дрожь. Сердце прыгало в груди, мысли бились в голове как птицы в клетке. Он сейчас пришел к ней. Несмотря на сногсшибательную красотку в платье с вызывающе открытой спиной, он пришёл к ней благодарить за спасение. И ослу понятно, что это было лишь поводом. Иначе не колотил бы кулаками по филенке.
Достаточно времени прошло, а Аня всё сидела на полу комнаты, смотрела в одну точку, пытаясь осознать то, что произошло. И особенно то, что не произошло, ценой огромных усилий. Потому что, только открой она дверь, как вся её линия поведения рухнет. А вот что делать потом, это уже совсем другой вопрос.
Глава 14.
Утро выдалось тяжёлым. Николай не выспался, ему было жарко, приходилось вставать и открывать окно. Он даже решился курить в форточку, хотя матушка всегда ругалась за курение в личных покоях. Ладно, кабинет, но не спальни. Кое-как смог унять своё волнение. Не понимал, что с ним творится? Готов был снова вернуться под двери и войти уже без разрешения. Но не пошёл, не решился.
– Ты не заболел ли, сынок? – С тревогой спросила мать, когда он вышел к завтраку. Тени пролегли под глазами.
– Нет, просто плохо спал. Душно было, – пожал Николай плечами.
В столовой не было ни сестры, ни Анны.
– Видимо натопили сильно. – Предположила Татьяна Александровна. – Надо Прошке сказать, чтобы не пихал столько дров в печь.
– А где Натали? И Анна Алексеевна? – как можно более бесстрастно спросил он.
– Спят ещё. И пусть, куда спешить? Девичьи сны самые светлые. – Улыбнулась Татьяна Александровна.
***
Аня тоже провела ночь плохо. Ей все чудилось, что кто-то стучит в дверь, было то жарко, то холодно, хотелось пить, а если она и засыпала, то снился ей Николя.