— Все мы знаем, Разброс болезненно пошутил с многими из нас. Я вот, долго в конце 20-го и в начале 21-го веков маялся. Вы мня в кафтане, наверное, не признали. Это я с Прошкой барыню похищать ходил и за вами сегодня с ним приезжал. Шофером был, потом перестройка, безработица…Бомжем был — последним побродягой бездомным.
— Это что ли каликой перехожим али изгоем? — поинтересовались дружинники.
— БОМЖ — кратко называют людей Без Определенного Места Жительства. Много таких по Руси сейчас бродит, многие память о себе и прежней жизни потеряли.
— Ты предлагаешь их в 21 век отправить такими вот бродягами беспамятными? — Спросил Фируз.
— На себе испытал: память только в этом доме вернулась. Как они меня опознали, что я из Разброса, не знаю. В себя пришёл, объяснили, что им шофёр нужен и кучер.
— Без памяти и мне довелось пожить, бродяжничал тоже много. Так говоришь, тяжко в том веке бездомном да беспамятному? Мне про то неведомо: я, когда детей своих узнал да все языки вспомнил, быстро известным певцом стал. Ту сторону жизни, о которой ты говоришь, не изведал.
— Лилия, достаточно у тебя Силы, чтобы вон исторгнуть этих злыдней?
— Маловато, Фируз! Не справлюсь. Шутка ли, целую организацию преступную с многовековой историей и традициями распылить!
— Я могу Силу золота колчаковского прибавить к Силе ваших Слёз. Только нужно мне в руку дать ваше изделие золотое или самородок.
— Где взять-то сейчас?
— Удивлю тебя, Принц, и весь народ заодно потешу. Аида, давай свой сувенир! — Подмигнул артистке Корнет.
Молодая певица подала старику «комсомольский значок». Тот стал разминать его, и алюминий вскоре приобрёл мягкость пластилина. Вскоре металл в руке корнета сильно увеличился в объёме. Он уже едва справлялся с тяжёлой металлической массой, помогая своей здоровой руке обрубком. Немного времени прошло, и масса в руках корнета стала жёлтой, понятно, что это уже вновь было золото. Придав тяжелой плите прежний объём, форму и качество, старик несколько раз огладил поверхность. По периметру проступил старинный орнамент, в центре — славянская надпись: «Зде покоится…и далее».
Всех такое чудо заинтересовало, а бритые Братья пришли в крайнее изумление и возбуждение.
— Вот почему она нигде не обнаруживалась! Наш человек следил за Писателем до самого его прибытия в Кострому. Что на ней написано, Принцесса Лилия? Умоляем, прочтите! Мы же всё равно по вашему приговору памяти лишимся. Последняя просьба осужденных всегда исполняется!
— Лилия, будь любезна, объясни господам! — будничным усталым тоном попросил жену Фируз.
— Объясняю: эти болваны надеялись, что, не выдержав заточения, я отдам им документы Института и прочту содержание надписи. Они считали, что эта надпись — ключ к пониманию сути Разброса. И граф Брюханов какие-то сплетни по всей Сибири собирал, про тайные письмена, которые приведут к небывалым сокровищам.
Про документы могу сообщить: их просто нет, все нужные сведения хранились в более надежном месте, в моей памяти. В сейфе лежали исключительно одни никчёмные бумажки, вроде моей аналитической записки.
Ментальный шифр — тарабарщина, выдуманная мною: если бы я хоть раз соединила свою энергию с мозгом Главного, то мигом поняла б, что он — кукла. Вот с ним Лысое Братство меня здорово околпачило.
Пленники пришли в великое расстройство; столько времени и средств потрачено на Институт, а эта бестия, оказывается, просто водила их за нос!
— Что касается второй части. Пусть Сука говорит. Давай матушка — твоё соло.
— Почту за честь выступить вместо Лильки и певца. Как многие уже слышали, хозяином моим был Лилькин отец.
Семья у них была не знатная и небогатая. По любви женились, не по родовитости.
В те времена грамоте учили только ханских детей, шаманов, да ребятишек из
Лилькин отец совсем не богатым был. Отродясь в их роду грамотеев не было. — Беременная Сука, закряхтев, взгромоздилась на задние лапы. Передние изображали барабанную дробь. Словно на цирковом представлении перед эффектным трюком. — Лилька — тоже неграмотная!!! Получили, господа-Братья? Зря вы, лысые черти, за ней гонялись!
— Я вас утешу перед тем, как вы отправитесь каждый в своё путешествие: содержание орнамента было известно моей жене. — Сообщил ошалевшим от новости Братьям Фируз. — В день, предшествовавший свадебному обряду, Золотых дел мастер нашего Племени по приказу моего отца изготовил эту таблицу и надпись. Содержание надписи я прочёл моей невесте, прежде чем мы отправились для Обряда на Чистую Гору:
«Сей день — день бракосочетания моего сына и наследника и нежно любимой им девицы Лилии. Надпись сия да украсит стену их супружеского дома по возвращении их с Чистой Горы мужем и женой».
