– Мой отец. В день, когда я принял на себя управление «Каслтон и Лайтфут». Я был уверен, что он попросит часы назад вместе с остальными знаками отличия, когда я уходил, но он не сделал этого. Вероятно, просто забыл.
Фила поспешила вслед за ним.
– Ник, что происходит?
– Вопросы. Все задают мне вопросы. У тебя что, ничего нет выпить?
– Ты имеешь в виду виски или бурбон? Нет. Ты не забыл, что я только сегодня утром приехала в город? Я успела купить кое-какие продукты для завтрака, вот и все. Ник, что ты здесь делаешь посреди ночи?
Он повернулся и облокотился на побитый кафельный рабочий стол, сложив руки на груди.
– Ищу место, где мог бы провести ночь.
На несколько секунд это лишило ее дара речи.
– Я считала, что ты собираешься заночевать в Таре-Уэст.
– Я передумал.
– Почему?
– Скажем так: я имел неприятную беседу с моим отцом и, когда она закончилась, почувствовал, что исчерпал оказанный мне добрый прием.
– Уже?
– У меня это быстро получается, когда я стараюсь. Ты уверена, что у тебя нечего выпить?
Фила вздохнула.
– Теплое молоко.
– Что? – У него был изумленный вид.
– Ты слышал. Я могу подогреть тебе молока.
– Звучит отвратно.
– Ну, тогда есть чай.
– Я не пью чай.
Фила начала выходить из себя.
– Простите, сэр, но это все, что у меня здесь есть. Если бы я знала, что вы собираетесь заглянуть ко мне ночью, я бы купила немного бренди, чтобы вас успокоить, сэр.
– Я уже выпил достаточно бренди. Я как раз пил бренди во время разговора с отцом, когда решил, что мне нужно переночевать в другом месте.
– Что привело тебя к такому заключению?
– Мы поспорили. Этого можно было ожидать, и я должен признать, что мы оба очень пытались избежать этой темы. Мы начали разговор с хорошими намерениями. Если быть до конца откровенным, то это я не выдержал первым.
– О чем вы спорили? – осторожно спросила Фила.
– О некоторых вещах.
– О Хилари, например?
Ник прищурил глаза за стеклами очков.
– Почему ты так решила?
Женщина скрестила руки на груди, засунув ладони в рукава халата. Она почувствовала, что ноги ее замерзают.
– Я знаю, что она твоя бывшая жена, Ник.
– А ты быстро получаешь информацию.
– Именно за этим я и приехала, ты не забыл?
– Кто рассказал тебе про меня и Хилари?
– Вики.
– А-а, ну конечно. – Ник кивнул, как будто подтверждая что-то самому себе. – Я был уверен, что не Элеанор. Она надежно хранит семейные тайны.
– Должно быть, и ты тоже, иначе сам бы рассказал мне об этом.
Казалось, это его удивило.
– С чего бы мне тебе об этом рассказывать? Это абсолютно не важно ни в каком отношении.
– Женщины несколько иначе смотрят на такие вещи.
– Только женщина, которая подумывает о серьезных отношениях со мной, посмотрела бы на это иначе. Ты подумываешь о серьезных отношениях со мной, Фила?
Она покраснела, но не сдалась.
– Должно быть, это несколько неловко для тебя, – с сомнением начала она. – Я имею в виду то, что Хилари – твоя бывшая жена и все такое.
– Да уж, конечно. Неловко. Давай внесем ясность. Мы с отцом действительно говорили о Хилари, но наше основное расхождение в этом вопросе не имеет никакого отношения к мужскому соперничеству. Отец может иметь ее сколько хочет, однако, как я понимаю, его постель так же холодна, как была моя, когда она была замужем за мной.
– Она красивая женщина.
– Да, это сразу бросается в глаза, не правда ли? Но она еще и самая холодная сука по эту сторону Северного полюса. Но какого черта. Может быть, в этом была не только ее вина, но и моя. Бог свидетель, я не Казанова.
– Ник…
– Может, у тебя в холодильнике есть какая-нибудь выпивка? – Он открыл дверь и принялся осматривать полки. В свете лампочки из холодильника его лицо выглядело суровым. Через минуту он тихо выругался и, прекращая поиски, неохотно захлопнул дверцу.
– Я тебе сказала, что нет ничего, кроме молока. Как ты с ней познакомился?
– С кем? С Хилари? – Ник снова облокотился на рабочий стол. – Нас познакомила Элеанор. Хилари – дочь каких-то старых друзей семьи Элеанор. Их дружба уходит корнями далеко в прошлое.
– Те, которые приплыли на корабле, да? По-моему, жуткое количество представителей высших классов с Восточного побережья считают, что их предки прибыли на «Мэйфлауэр». Похоже, это был довольно переполненный корабль.
«Так вот как это произошло, – думала Фила, – Хилари была еще одной невестой, выбранной Элеанор».
– Только избавь меня от лекции о вырождении высших классов, ладно? У меня сегодня для этого нет настроения.
– То, что Хилари вышла замуж за твоего отца после того, как была твоей женой, чем-то напоминает кровосмешение.
– Ничего подобного, поэтому не стоит смотреть на это под таким углом.
– Я слышала, что в некоторых старых, влиятельных семьях Восточного побережья стало почти традицией передавать подружек от брата к брату и от отца к сыну, – промолвила Фила.
– Бога ради, Фила.
– Правда. Я об этом читала.
– Если подружка – кинозвезда, а семья придерживается крайне левых убеждений, то полагаю, что это возможно, – прорычал Ник. – Поверь мне, ни у кого в моей семье нет либеральных взглядов.
– Вы с Ридом спорили только по поводу Хилари?
