В качестве закуски у них была консервированная буженина и черный хлеб, а еще они хрустели огурцами и зеленым луком.
Держась за ребра и пошатываясь, притопал Олег. Однако к костру не подошел, а, покашливая, уселся поодаль, в темноте. Только одни ноги торчали. Ему отнесли стакан водки. Он выпил и стал кричать:
– Бросила меня?! Бросила! А чем я хуже? Чем? – и, кажется, плакал, размазывая слезы по мужественному лицу.
Чепухалин хотел с ним поговорить, чтобы он не мешал душевным разговорам у костра, но Ксения его остановила:
– Погоди, я сама…
И, выбравшись из теплых объятий Чепухалина, подошла к Олегу. Чепухалин не без корысти прислушался.
– Ты ведь хотел этого? Хотел! И получил!
– Но я ведь… – примирительно забубнил Олег. – Я очень старался… все из-за тебя…
– Перестарался! Я таких не люблю. Больше ко мне не подходи.
– Ну и черт с тобой! – крикнул Олег. – Дайте водки! Сволочи! Гады! Сговорились против меня!
– Вот так всегда, – тихо пожаловалась она. – Сплошные психи. Я так устала. Пойдем со мной.
Чепухалин все понял. В жизни он был однолюбом. Любил Варвару. Добивался ее долго и нудно. Женщины обращали на него внимание только тогда, когда у него появлялись деньги. Он привык к такому положению вещей и не тешил себя иллюзиями. Да и где в гарнизоне эти иллюзии? В общем, капитан не был избалован женским обществом, но, памятуя обещание Гайсина, сообразил, что отныне будет покорять женские сердца направо и налево, только не знал еще, как именно. «Впрочем, меня это устраивает, – думал он. – Я теперь горы сверну в области секса».
Ксения привела его к «уазику», внутри которого лежали грязные матрасы, распахнула заднюю дверцу и позвала:
– Иди сюда, иди… – а чтобы он не сомневался, расстегнула верхнюю пуговицу на штормовке.
И Чепухалин залез и сделал все, что она хотела – да так, что у «уазика» спустило последнее колесо, а руль отвалился. Чепухалин даже не подозревал, что «камбун» Гайсин поделился с ним вместе со всеми своими навыками и страшной половой силой.
«Ебическая сила», – подумал Чепухалин и уснул глубоким и долгим сном, а наутро отправился к Сидоровичу.
Иван Каземирович Сидорович сидел в обычном погребе за деревней. Его охраняли десять отчаянных головорезов с наглыми мордами. Да и вся деревня была забита ими. Везде слышались анекдоты, главным героем которых неизменно был черный сталкер. Горели костры, в котелках варилась каша с тушенкой.
– Говорят, что черного сталкера можно разглядеть только через конское ухо.
– Тише ты. Еще обидится!
– Слушай анекдот! Бандиты поймали черного сталкера и окунули в колодец. Через минуту вытащили и спрашивают: «Есть бабло или хабар?» – «Нет», – отвечает он им. Окунули еще раз, вытащили и спрашивают: «Есть бабло или хабар?» – «Нет», – отвечает он им. Снова окунули, вытащили и спрашивают: «Есть бабло или хабар?» Он не выдержал: «Ну вы, мужики, блин, даете! Или дольше держите или глубже окунайте – вода мутная, ни хрена не видно!»
Все вежливо посмеялись, потому что слышали этот анекдот раз сто.
– А вот еще один. Слушайте. Один черный сталкер жалуется другому: «Брехня, что здесь радиация, я вот уже сто лет живу, и ничего!» Другой соглашается: «Да, брехня! Вот только что-то шерсть с хвоста стала слезать. К врачу, что ли, сходить?»
– Я еще один знаю. Идут по Зоне черный сталкер и салага. Вдруг черный сталкер шепчет салаге: «Иди тихонько к тому дереву». Салага вначале на цыпочках крался, потом на карачках, потом долго полз. Аж вспотел. Добрался и машет, мол, что дальше делать? А черный сталкер как заорет: «Брешут! Брешут, что здесь ловушка типа „аттракт“ была!» Больше Чепухалин слушать не стал, не до того было. Только подумал: «Вот бы с этим черным сталкером познакомиться!»
– О-о-о! – воскликнул Сидорович и вылупился желтыми-прежелтыми глазами. – Такая птица ко мне еще не залетала.
На коленях у него сидел здоровенный говорящий кот.
– Птичек я люблю, – облизнулся он и стал мыться, искоса поглядывая на Чепухалина.
– Я не птица, – поправил кота Чепухалин. – Я русский офицер.
В погребе пахло картошкой и прокисшими огурцами. Но, видно, у Сидоровича был такой жизненный стиль – прятаться по подвалам.
– Ну и прекрасно! – тут же согласился Сидорович и предложил: – Ротой командовать сможешь?
– Могу и ротой.
– А полком?
– И полком тоже.
– А дивизией?
– Дивизией – надо подучиться, – сознался Чепухалин.
– Молодец! – похвалил Сидорович. – Люблю честных людей.
– Молодец… – поддакнул рыжий кот, и из его глаз полетели зеленые искры.
– Дам тебе первую роту. Готовь своих людей минно-взрывному делу.
– А чего взрывать-то будем?
– Да бронепоезд здесь должен пройти с хабаром. Добра на всех хватит. Лично тебе пять процентов. Считай, деньги нашел на улице.
– Пятнадцать, – поправил его Чепухалин.
В иные времена он поскромничал бы и согласился. Теперь у него был счет в банке. Чего там стесняться? Деньги липнут к деньгам.
– Ладно, – кивнул Сидорович так, словно делая одолжение, щека его дернулась. – Десять!
– Тринадцать, и точка!
– Больно много, – засмеялся говорящий кот.
– А не боишься чертовой дюжины? – спросил Сидорович.
– Волков бояться…
