Корабль начинает подъем, люк с шипением закрывается, и какофония ветра и рева двигателей наконец-то стихает. Рок расталкивает остальных, долго смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Шакала и Куинн. Кажется, что с каждой секундой силы покидают его. Шакал осторожно опускает Куинн на пол, сбрасывает не подходящие по размеру гравиботы, позаимствованные у кого-то из упырей.
Губы Рока беззвучно шевелятся, но наконец ему удается произнести:
– Она жива?
– На борту есть желтые? – спрашивает меня Шакал.
– Найди Мустанга и все узнай! – говорю я Гарпии, показывая в сторону командного мостика, и та мчится выполнять приказ.
– Аптечку! – резко бросает Шакал, беря Куинн за запястье, проверяет пульс, потом зрачки, но никто не двигается. – Быстро! – орет он, и Рок, выйдя из оцепенения, срывается с места.
Первым аптечку находит Скелет, снимает ее со стены и кидает Року, а тот относит Шакалу. Остолбенев, я смотрю на Куинн, которая начинает биться в судорогах очередного припадка, из ее рта и носа вылетают нечеловеческие звуки. Рок стоит рядом со мной, бледный как стена, и беспомощно тянет руки к любимой, будто только ему под силу исправить то, что случилось. На самом же деле он понимает, что ровным счетом ничего не может сделать, и опускается на колени.
Шакал роется в аптечке. Ловко орудуя одной рукой, он извлекает из нее серебряную полоску длиной с указательный палец и активирует прибор. Тот издает тихое жужжание, распространяя вокруг бледно-голубое свечение.
– Мне нужен планшет! Мой расплавили электромагнитные излучатели! – кричит он, но никто не реагирует. – Девчонка умрет! Мне нужен чертов планшет, шевелитесь!
Протягиваю ему планшет. Шакал не поднимает на меня глаз, но на секунду останавливает взгляд на моих руках.
– Спасибо тебе за то, что спас нас, Жнец! – быстро произносит он.
– Благодари свою сестру.
Лисандр поднимается на ноги, подходит ко мне, тихо наблюдает за происходящим, в глазах ни слезинки. Скелет и Клоун присаживаются на корточки. Рока никто не трогает, хотя все поглядывают на него, вцепившись в колени или хлысты, и шепчут слова молитвы, обращаясь к Господу, или к кому там обращаются золотые в таких случаях.
Шакал проводит серебряным томографом над головой Куинн, разглядывает голограмму на экране планшета и тихо ругается себе под нос.
– Что там? – спрашивает Рок.
– Отек мозга, – немного помедлив, отвечает Шакал. – Если не сможем удержать под контролем давление, будут проблемы, – добавляет он, копаясь в аптечке в поисках необходимых инструментов, и достает какой-то аппарат с прозрачным шнуром. – Если давление поднимется, кровоснабжение мозга вскоре прекратится. Наступит кислородное голодание, потому что сосуды пережмутся из-за отека.
– Она умрет? – спрашиваю я.
– Сам по себе отек неопасен, – объясняет Шакал, – если мне удастся откачать жидкость и отрегулировать давление. Надо все время держать ей голову повыше, чтобы кровь оттекала через вены на шее. Стабилизировать кровяное давление. Еще ей нужна кислородная маска, – поднимает на меня глаза Шакал, такой худой, насквозь промокший, что, если бы не светлые волосы, он мог бы сойти за алого. – Как тебя там? Скелет? Найди кислородный баллон! Подойдет любая маска, главное, чтобы прикрывала лицо, но не лоб!
Скелет со всех ног бросается выполнять задание.
Тело Куинн сотрясает очередной судорожный припадок. Я беспомощно смотрю на нее и кладу руку на плечо Року, но тот лишь морщится от моего прикосновения.
– Ни одного желтого на борту, мать их за ногу! – выпаливает Гарпия, влетая в комнату.
– Черт! – со всей силы пинает стену Клоун. – Черт-черт-черт-черт!!!
Несколько секунд Шакал молчит, смотрит на Рока, а потом начинает действовать. Показывая пальцем на Клоуна, Гарпию и нескольких рыцарей, он заявляет:
– Мне нужны три человека, двое держат ее руки, один – голову. Судороги будут продолжаться, и мне почему-то кажется, что тряска будет изрядная. Нам необходимо унести ее отсюда и добраться до операционной.
Он собирает волосы Куинн в хвост на затылке, просит меня придержать, а сам достает из аптечки портативный ионизатор, зажимает его зубами и морщится, пока прибор уничтожает бактерии и частицы мертвого эпителия.
– Клоун, отстриги ей волосы – подчистую!
Шакал встает и бросает ионизатор Клоуну, тот нагибается к девушке, обрабатывает ее золотистые пряди, но Рок отталкивает его, берет Куинн за волосы и застывает в оцепенении.
– Как ее зовут? – спрашивает Шакал у Рока.
– Куинн.
– Поговори с ней. Расскажи ей что-нибудь.
С трудом сдерживая дрожь, Рок всхлипывает и заговаривает с Куинн тихим голосом:
– Давным-давно, во времена Старой Земли, жили были два голубя, и они так сильно любили друг друга…
Рок включает ионизатор и начинает водить им над ее волосами. Его движения очень осторожны, как будто он купает ребенка. Как будто они оказались в каком-то далеком месте наедине друг с другом, задолго до того времени, когда Куинн стала рассказывать нам свои истории у костра в училище. Задолго до того, как начался весь этот ужас.
В воздухе пахнет палеными волосами. Ко мне подходит Шакал.
