Большим оригиналом слыл владелец золотоканительной фабрики в Москве Пётр Алексеев. Дом его в Рогожской части столицы, отличавшийся царской роскошью, был открыт для гостей как местных, так и зарубежных. Однажды к нему приехали представители известной английской фирмы и, увидев во дворе неряшливо одетого старика, спросили о хозяине.
— Сейчас узнаю, — ответил тот и предложил гостям войти в дом. Каково же было удивление англичан, когда через минуту выяснилось, что подметавший двор старик и был хозяином одной из богатейших фирм России.
В то время, как зарплата в пятьдесят копеек за день считалась хорошей для рабочего, а армейский офицер получал сорок рублей в месяц, воротилы-купцы могли заплатить за один обед из налимьей печёнки и стерляжьих расстегаев более ста рублей, а за красивых женщин выложить целое состояние.
Говорят, дореволюционному магнату Рябушинскому прекрасная француженка Фажетт обошлась в двести тысяч рублей.
Богатство, быстро пришедшее и обычно путями, далёкими от праведных, уходило так же легко. Богатые купцы лучше других чувствовали, что это не будет продолжаться вечно. Видимо, потому столь многочисленны купеческие клады.
Когда в 1905 году боевики-революционеры пришли к купцу Фирсанову и, приставив к виску револьвер, потребовали «Вернуть народу награбленные у него ценности», тот с лёгкостью отдал более десяти тысяч рублей, золотые часы с цепочкой и радовался до безумия, что догадался надёжно спрятать основные ценности, причём задолго до такого вот «визита».
Это сейчас «новые русские» вывозят награбленные народные ценности за границу, где хранят, по оценкам специалистов, более двухсот миллиардов долларов в банках. Раньше богатеи об этом способе хранения денег почти не думали.
Как видим, не больно-то отличаются бытом и нравами «новые русские» от далёких своих предшественников. А могли бы кое-что полезное и перенять — от братье Третьяковых, например…
Алчность человеческая беспредельна. Спустя четыре месяца после Московской Олимпиады в столице было совершено самое громкое и, пожалуй, самое мерзкое преступление десятилетия. Чёрные лапы уголовников посягнули на квартиру-музей великого русского писателя Алексея Николаевича Толстого. Для нас это было равносильно тому, как если бы стащили из Кремля Царь-колокол, умыкнули шедевры Эрмитажа, похитили знаменитое носовое орудие с крейсера «Аврора».
Одетые в милицейскую форму грабители средь бела дня ворвались в квартиру, заперли вдову писателя Людмилу Ильиничну и домработницу в чулан, похитили всё, что блестит, в том числе, к сожалению, уникальные фамильные драгоценности баснословной стоимости.
Тогдашний первый секретарь Московского горкома партии Виктор Гришин, квартира которого находилась от силы метрах в пятистах от музея писателя-графа, видимо, испугавшись и за свою собственность, потребовал раскрыть преступление в считанные дни, создав специальный штаб для контроля.
Приступившие к раскрытию кражи лучшие московские сыщики тогда и не подозревали, что их контролирует сам партийный шеф столицы. Но, движимые чувством профессиональной ответственности, работая днём и ночью, вскоре они стали арестовывать одного преступника за другим, пока не изобличили всю шайку, состоящую в основном из матёрых воров, и не изъяли почти всё награбленное. Не обошлось, правда, и без казуса. Задержанный бандит Анатолий Бесс (лучше бы так и звался просто бесом) признался, что самую ценную брошь спрятал в городе Баку, и обещал выдать её в обмен на свидание с любовницей. Зная, что он не зря носил кличку «Котовский», ибо по примеру легендарного комбрига неоднократно дерзко бежал из-под стражи, сыщики приняли, казалось бы, все меры предосторожности, выехав в столицу Азербайджана с целым взводом специально обученных солдат. И всё же, притупив бдительность сопровождающих симуляцией острого приступа болезни, Бесс умудрился выпрыгнуть со второго этажа и бежать. И погиб он лишь год спустя в перестрелке.
Если исключить это происшествие, всё остальное было сделано на высшем профессиональном уровне с максимальной эффективностью. Все грабители были осуждены на сроки 10-12 лет лишения свободы, ценности возвращены по принадлежности.
В связи с Азербайджаном приведём кое-что из воспоминаний соратника М.Горбачёва, «прораба перестройки», ныне доктора исторических наук, академика РАН Александра Николаевича Яковлева: "План Андропова по «спасению социализма» состоял в следующем: в стране наводится железная дисциплина сверху донизу, ужесточается борьба с коррупцией и заевшейся номенклатурой, под строгим контролем происходит некоторое перераспределение благ сверху донизу…
