Скелет с Толстым метнулись на другой конец комнаты.
– Это всего лишь предупреждение, – усмехнулся Олег, – а вы уже обделались. С кем приходится работать! – вздохнул он, отправляя “сувенир” в мусорное ведро.
Раздался телефонный звонок, Олег снял трубку:
– Ну что, голубь, получил мой подарок? Забавная штука, правда? У меня таких целая партия, для друзей заказал... Должок за тобой, помнишь?
– Помню-помню, мне до склероза далеко.
– Это точно. Шутку знаешь про склероз? Пациент приходит к доктору и спрашивает: доктор, как избежать склероза? А доктор ему отвечает – умереть молодым! Ха-ха-ха... Чего не смеешься?
– Да так, с чувством юмора у меня плохо.
– Это ты зря, я как услышал, долго смеялся. Чего-то я с тобой заболтался... Да, я тут на всякий случай подстраховался. Если надумаешь свинтить куда-нибудь, мы твоих дружков пристрелим, а потом девчонку Бобровой. Синичка на хвосте донесла, что вас в городе пару раз видели...
– При чем тут они? – взорвался Олег. – Ты на меня не дави, я тебе не прыщик на заднице! Нечего всех в одну кучу сваливать!
– Ты чего кипятишься? Ты же мне деньги вернешь? Вернешь. Чего нервничать?
Олег бросил трубку, его колотило. Черт, сам в дерьмо вляпался и других затащил, еще этот браслет дурацкий. Как от него избавиться, руку, что ли, отрубить?
Скелет и Толстый слышали каждое слово Иванова. Они были в шоке.
– Ой, что будет, что будет! – заскулил Толстый, оседая на пол. – Я чувствовал, нутром чувствовал, что даром нам это не пройдет. Лучше бы мы к Кондрату под раздачу попали... лучше бы я всю жизнь милостыню у церкви просил...
– У нас пожрать чего-нибудь найдется? Очень есть хочется, – вдруг произнес Скелет каким-то неживым голосом.
– Жрать! – подскочил Толстый и злобно уставился на Скелета. – Нас убивать собрались, а тебе жрать! Глиста в скафандре, солитер ходячий! – Толстый попытался пнуть Скелета ногой, но Скелет увернулся. Сделал поворот на триста шестьдесят градусов и... И бросился на Толстого с кулаками! Теперь Олег испытал шок, Толстый тоже. Тихий, мирный, пассивный Скелет никогда ни на кого не поднимал руки, а сейчас в него словно бес вселился. Он подскочил к Толстому и начал неумело, но с большим азартом мутузить его, приговаривая:
– Вот тебе, вот тебе!!! Напоследок хоть душеньку отведу. Ты все время меня гнобил, помыкал мной! Скелет – дебил, Скелет – дурак, Скелет то, Скелет се! Пусть, пусть убивают, такая жизнь все равно не нужна!
Толстый не пытался отвечать, лишь прикрывал голову руками. Он не знал, что делать. Такого с ним не бывало.
Олег метнулся в ванную, набрал в таз воды и выплеснул на Скелета. Жорик пришел в себя... Он сел на пол в лужу воды и зарыдал, зарыдал как ребенок, который впервые в жизни проявил непослушание родителям.
Олег помог ему подняться с пола. Принес из ванной йод и вату, чтобы обработать царапины на лице Толстого. Через полчаса троица собралась на кухне.
Пока наши герои зализывают раны, позвольте, читатель, сделать небольшое лирическое отступление. Гимн “русской кухне”, кухне не в смысле пи-Щи, а в смысле пристанища, некоего пространства.
Почему-то для русского человека кухня – самое значимое место: здесь заливают тоску, говорят по душам, спорят на философские темы, признаются в любви... Кухня своего рода кабинет психоаналитика, где тебя выслушают, посочувствуют, посоветуют. В те времена, когда однокомнатные “хрущевки” были пределом мечтания, кухни выполняли роль мужских клубов. Пока вся семья спала, хозяин с друзьями до утра резался на кухне в преферанс. Когда приезжали дальние родственники, их укладывали на кухне. А сколько молодых людей получили свой первый сексуальный опыт на кухне, пока все остальные танцевали в комнате... Давно пора построить мемориал в честь кухни. Есть памятник турецким баням, есть мельницы-памятники, а вот кухни ни одной нет. Обидно.
Итак, наши герои собрались на кухне обсудить создавшуюся ситуацию. Теперь и Скелет, и Толстый оказались прикованными к этой бочке с порохом. Они стали сиамскими близнецами, которые могут умереть в один и тот же день и час, если не найдут выхода из создавшейся ситуации. На повестке дня стоял вопрос: где взять деньги!
Скелет, на которого истерика подействовала положительно, внес предложение:
– Сейчас киллерам много платят, может, и мы того, попробуем! Несколько заказов и...
Олег усмехнулся:
– Нам нужно столько бабок, что рука стрелять устанет, это во-первых. А во-вторых, ты когда-нибудь убивал кого-нибудь?
Скелет покачал головой.
– Может, Толстый?.. – обратился Олег к Толстяку, который все еще находился под впечатлением произошедшего.
– Я мошенник, а не убийца, – напомнил он о своей специализации.
– Вот и я о том же. Если мы мошенники, значит, нужно придумать это самое мошенничество, – подхватил Олег.
– Может, банк ограбим? – внес новое предложение Жорик. Известие о возможной смерти сделало его поразительно инициативным.
– Ага, нас возьмут уже на подходе к банку, еще войти не успеем...
– Ну... тогда не знаю, у меня уже голова разболелась... сами думайте, – обиделся Скелет.
