Горничная не оставила без внимания эту сцену, она так мило улыбалась, так заботливо поправляла застеленные кровати, предложила перекусить с дороги, сдать белье в прачечную, принести что-нибудь из бара. Девушка получила заслуженные чаевые, в размере ста рублей.
Толстый закрыл за ней дверь на ключ и только тогда позволил себе расслабиться.
– Уф! – произнес он, стягивая с себя пиджак и расстегивая ремень на брюках, – плесни мне чего-нибудь, а то у меня руки трясутся, – проговорил он, устраиваясь в кресле.
Скелет раскрыл холодильник и присвистнул:
– Слушай, тут даже икра есть, ни фига себе!
Он достал бутылку охлажденного горячительного и передал ее Толстому:
– Ты это сам, наливай, я перекушу чего-нибудь, – произнес он, вытаскивая их холодильника закуску.
– Живут же люди, – завистливо проговорил он, подцепляя пальцем икринки.
– Хватит свинничать, – прикрикнул на него Толстый, – ложку возьми, как я после твоих пальцев жрать буду.
В дверь постучались.
– Да, минуточку, – отозвался Толстый, пряча бутылку под кресло, – убери в холодильник жратву, урод, – прошептал он Скелету.
Скелет с тяжелым вздохом водрузил банку с икрой на место.
Толстый открыл дверь, на пороге стоял Олег.
– Добрый день, Антон Антонович. Здравствуйте, Георгий Валентинович. Слышал, что вы тут проездом, решил зайти, – громко, чтобы слышала дежурная по этажу, сидевшая на своем боевом посту, произнес Олег.
– Сколько лет, сколько зим, – ответил толстяк, сообразив, почему Олег так кричит. Он пожал руку гостью и пригласил в номер.
Олег закрыл за собой дверь на ключ и огляделся.
– Красота, уже в холодильник заглядывали, ай-яй, я вас сюда работать поселил, а не казенные продукты жрать. Между прочим, я за них плачу из своего собственного кармана. Вы на них еще не заработали, а если и дальше так пойдет, не заработаете, – уколол он Толстого со Скелетом.
– Олег Константинович, да вы что, да мы только зашли… – начал оправдываться Толстый, но Олег сразу же двинулся к креслу из-под которого торчала головка бутылки. Он наклонился и ловким движением извлек ее из-под кресла.
– Это конечно же не ваше, оно тут давно лежит, кресло поддерживает, – перебил поток оправданий Парамонов.
– А я ту ни при чем, я не пью, – поспешил отречься от друга Скелет.
– А вы бы, Георгий Валентинович, морду умыли – вся в икре, нехорошо. Вы же не с голодного края приехали, вы из Москвы. Икру там каждый день ложками лопаете. Продукты из холодильника не жрать, а то, знаю я вас, халявщиков! – приказал Олег. Он достал из кармана небольшую пачку денег, отсчитал и передал Толстому:
– Даю вам, Антон Антонович, Жорику деньги давать нельзя, он или пропьет, или кепок накупит.
– Это что, аванс? – уточнил Толстый, разочарованный толщиной.
– Нет, это вам на сегодняшний день, на представительские расходы.
– На сегодня? – обрадовался Антон Антонович. – Ну это мы мигом, это мы…
– Не сомневаюсь, – холодно прервал его Олег, – за каждую копейку потом отчитаетесь, сколько проели-пропили, сколько в рулетку продули, сколько на чаевые, сколько девочкам, сколько нищим у храма.
– Нищим? А мы что, социальная помощь? – возмутился Скелет, услышав, что «свои» (конечно же они автоматически стали своими, родными) деньги нужно кому-то отдавать.
– И нищим, и девочкам, и на балетную школу, если потребуется, – проговорил Олег, отчетливо выговаривая каждое слово, чтобы до компаньонов лучше дошло.
– Вы что нам не доверяете? – тоном оскорбленной невинности проворчал Толстый.
– Да мы со Скелетом никогда… Скелет, подтверди? – обратился толстяк в другу.
– Да, никогда, а что? – подтвердил Скелет.
– Если вы нам не доверяете, Олег Константинович, то нам соверешенно не о чем разговаривать, – вспылил Толстый, – Мы бедные, но честные люди…
– Ой, ой, ой, я сейчас расплачусь от умиления. Толстов, вы такой же честный, как я глупый. Если бы вы, были «честным», мы бы с вами сейчас здесь не сидели. Честные они вон, на паперти с рукой протянутой стоят, и то, через одного. А отчетец мне с вас необходим, чтобы мы могли посчитать чистый доход, который нам наше дельце принесет. Ясно?
Толстый обиженно засопел, но головой мотнул.
– Так, сегодня у вас по плану ужин в банкетном зале. Закажите пару песен, киньте музыкантам, подтанцовке. Пригласите к себе за столик певичку. Вечером в казино. Ставки делать часто, но небольшие. Разрешаю проиграть все, что останется от ужина и чаевых. Сегодня обойдемся без скандала, ведите себя широко, но культурно. Если что, я в зале. Да, вот еще, – Олег передал Толстому крохотный мобильный телефон последней модели. – Штукой этой пользоваться умеете?
– Ну, ты нас совсем за лохов держишь, обидно даже, – фыркнул Толстый, – этой штукой, даже Скелет пользоваться умеет.
– Ну-ну, проверим связь.
Олег передал мобилу Скелету, достал свою, набрал номер. Аппарат на ладони Скелета затренькал. Скелет повертел блестящую коробочку в своих руках, ткнул наугад в какую-то кнопку и произнес:
– Алее, Скелет слушает.
Аппарат продолжал трезвонить, Скелет покрутил его с разных сторон и, не зная, что делать, вернул вещь Толстому:
– Он какой-то неисправный, там говорить некуда.
