Однако это вовсе не означало, что его не тронула красота увиденного. Слепец, слушающий оперу, не сможет насладиться великолепием костюмов и декораций, но музыка может потрясти его до глубины души, даже если язык, на котором исполняется произведение, будет ему незнаком.
Фаэтон вернулся в состояние средней виртуальности и, повернувшись к официантке, знаком попросил дать ему либретто представления. Улыбаясь, дриада молча смотрела на него несколько секунд, в этот момент неизвестно откуда взявшийся ветер вырвал у нее из рук обруч для просмотра, и она наклонилась с удивительной грацией, чтобы поднять его. Затем, убрав прядку волос за ухо, она подошла к нему и протянула карточку с либретто.
Многие считали марсианских дриад очень привлекательными. Поскольку атмосфера Марса долгое время была разреженной (дриады появились на Марсе в середине Второго землеобразующего периода), их грудная клетка была больше, чем у людей, а благодаря более низкой силе тяготения ноги у них были длинными и стройными. В отличие от жителей южной полусферы Марса, где нет воды, кожа у дриад нежная и гладкая. И они никогда не были неуклюжими или застенчивыми. Почему в таком случае официантка замешкалась?
Отключив фильтр восприятия, Фаэтон увидел мужчину, одетого в костюм астронома времен Порфировой космической обсерватории первого века (около 500 а. е. д. от Земли). Этот человек, видимо, принадлежал к школе Независимых исследователей, ныне уже не существовавшей. Костюм его отличался рядом особенностей, присущих периоду, когда искусственный ледяной планетоид не был еще построен, что вызывало трудности в повседневной жизни. Поверхность костюма не пропускала радиацию, внутри его находились встроенные рециркуляторы и запасы жира, позволявшие вести длительные наблюдения и не пополнять запасы воздуха и воды на общих складах. Из-за многочисленных приборов — приспособлений для лучшего обзора, розеток и удлинителей — лица человека не было видно: в те времена Исследователи еще не могли позволить себе Эстетическое единство облика.
Возможно, официантка остановилась, чтобы вручить либретто Исследователю, человеку, видение которого фильтр Фаэтона блокировал, а потому и был добавлен эпизод с оброненным обручем. Все действия дриады были фальсифицированы, чтобы заполнить паузу.
Фаэтон вспомнил, что фильтр ощущений был запрограммирован на блокировку некоего стихийного бедствия в пространстве неподалеку от Меркурия, вызванного солнечными бурями. Если человек в костюме астронома был астрономом на самом деле, у него мог быть канал доступа или каталог, содержащий информацию.
Фаэтон взял либретто, но только делал вид, что читает его, а сам начал приближаться к мужчине. Астроном наблюдал за пожаром, разрушающим дерево, глядя на мир несколькими глазами.
Фаэтон обратился к нему:
— Художник создает сцену ужасного стихийного бедствия.
Сигналы, поступившие Фаэтону по каналу 760, означали, что начала работать матрица перевода. Несколько секунд собеседник подключался к языку Фаэтона, загружая грамматику и словарь.
— Вы правы, — с улыбкой ответил человек. — Хотя, я думаю, все это не так ужасно, как последние часы Демонтделуна на обратной стороне Луны.
Фаэтон не стал объяснять, что на нем костюм Гамлета:
— Даже в наши дни жизнь может быть жестокой. Хотя бы это бедствие на Меркурии.
— Солнечная буря? Это урок для всех нас.
— Да? Почему вы так считаете?
— Нам приятно думать, что софотеки могут все предсказать, предупредить нас и защитить нашу жизнь. Однако в данном случае незначительные, возможно, даже субатомные изменения в солнечном ядре создали условия, ставшие причиной возникновения сил, которые Гелий не смог контролировать. Незначительная разница между исходными условиями и предсказуемой моделью привела к несоизмеримым результатам. Солнечные пятна и протуберанцы совершенно невероятной силы и несоизмеримые ни с чем возникли на всей прилегающей территории. Хоакин Декасептон Ирем провел неплохое исследование неравномерной структуры вспышек и переложил его на музыку на канале 880. Вы это видели?
— Нет, не видел, — ответил Фаэтон. Он не стал упоминать, что его фильтр ощущений по умолчанию исключал восприятие событий, связанных с этой историей. — Но насколько я понимаю, он… передает определенные подробности…
