Для этого была собрана армада из шестидесяти пяти галер и четырехсот пятидесяти других кораблей, на которых были собраны 24000 солдат. Среди военных был не кто иной, как маркиз дель Валье де Оахака – Кортес собственной персоной. Впрочем, власти у него не было – как конкистадор может командовать европейским войском? Герцог Альба собрал флотилию возле Майорки, под началом Дориа; сухопутными войсками командовал Ферранте Гонзага. Они отплыли от Майорки 13 октября 1541 года и оказались вблизи Алжира 20-го. Двадцать третьего октября Карл начал высадку на предательской полоске земли к востоку от этого города. Пехота сошла на берег, но из-за плохой погоды кавалерия и артиллерия не смогли за ней последовать. В следующие два дня, 23–24 октября, на флотилию налетел шторм, и у испанцев не было другой возможности спасти свои корабли, кроме как выбросить за борт провизию и вооружение. Даже несмотря на это, четырнадцать галер были потеряны.
Карл предпринял повторную высадку к западу от Алжира, но выгрузить провизию оказалось невозможным. Кортес говорил Карлу, что если они вернутся, он лично покажет императору, как можно завоевать город. Если бы не шторм, Алжир мог был быть с легкостью захвачен – но Кортес, при всех его талантах, не мог повелевать погодой.
Второго ноября Карл приказал своим уже изголодавшимся войскам грузиться обратно на суда{1045}. На много дней флот был задержан возле Бугии, к западу от города. Побежденный Карл вернулся в Картахену 1 декабря, после чего отправился дальше в Вальядолид через Оканью, Толедо и Мадрид.
Вернувшись в Вальядолид, Карл обнаружил, что Совет Индий вновь охвачен унынием. Дело было в том, что многие города, такие как Кордова, Мадрид и Гвадалахара, выражали недовольство медлительностью, с которой Совет отправлял свои функции. На собрании кортесов было записано, возможно под влиянием Лас Касаса: «Мы молим Его Величество искупить те жестокости, что свершаются над туземцами в Индиях, дабы таким образом послужить Господу и сохранить Индии за собой»{1046}.
В феврале 1542 года Карл для рассмотрения этих вопросов созвал новое собрание кортесов, на этот раз в Вальядолиде. Большинство городов, уступив королевскому давлению, выделило субсидию размером в 400 тысяч дукатов в год на крестовый поход – для достижения чего, вероятно, потребовались значительные взятки{1047}. Король рассказал кортесам о своих предыдущих действиях.
Здесь он встретился с Лас Касасом, прибывшим по рекомендации епископа Сумарраги. Разумеется, Карл часто виделся с ним и в дни его первого визита в Испанию, в 1517–1518 годах{1048}, но их нынешняя встреча была не менее важна. Лас Касас опять произвел глубочайшее впечатление не только на императора, но на всех, с кем ему довелось разговаривать. В конце концов, он побывал во всех местах, которые они здесь только обсуждали. Карл был потрясен новыми
К этому времени Испания оставалась единственным из владений Карла, где еще сохранялся мир. Налоги по-прежнему были высоки. Прямые налоги (такие как
Однако трудностей все равно было много, поскольку в начале войны денег постоянно не хватает. Карл обратился к банкирам, были взяты займы под большие проценты, заложены принадлежащие короне земли и некоторые источники дохода. Таким образом, был нанесен ущерб будущим доходам государства.
Карл беспорядочно влезал в долги по мере возникновения необходимости. Вот почему к этому времени испанская корона, представляемая Кобосом и другими секретарями, начала рассматривать Индии как новую сокровищницу для финансирования своих европейских предприятий. В 1543 году две трети государственных доходов, по всей видимости, поступали из Индий{1052}. Это было исключительной ситуацией, но она указывала на то, чего можно было ожидать в будущем.
